Розанов Василий Васильевич

From Два града
Розанов Василий Васильевич
 

1856-1919

крайний модернист, аморалист, антихристианин

Первое поколение модернистов

Организации: Религиозно-философские собрания 1901-1903 годов, Религиозно-философское общество в Санкт-Петербурге

Пресса: Русское обозрение, Русский вестник, Московские ведомости, Вопросы философии и психологии, Биржевые ведомости, Новое время, Русское богатство, Новый путь (журнал)

Испытал влияние: Страхов Николай Николаевич, Достоевский Федор Михайлович

Повлиял: Флоренский Павел Александрович, Михаил (Семенов)

Направление: новое религиозное сознание, антихристианство, правый модернизм

(1856 - 1919) — крайний модернист, аморалист, антихристианин.

образование

Окончил историко-филологический факультет Московского университета (1882).

Работал учителем.

С 1893 года – в Санкт-Петербурге, где устраивается на работу в Государственный контроль.

пресса

К 1893 году относится начало журналистской карьеры Василия Розанова, которую он начал под влиянием почвенника Николая Страхова, сочинений Федора Достоевского и др. Василий Розанов являлся автором ряда консервативных изданий: «Русское обозрение», «Русский вестник», «Московские ведомости». Кроме того его статьи появляются в «Вопросах философии и психологии» и «Биржевых ведомостях».

С мая 1899 года по 1917 год был постоянным сотрудником «правого» суворинского «Нового времени». Одновременно Василий Розанов под псевдонимом «В. Варварин» сотрудничал в либеральном «Русском слове», куда устроился по протекции Григория Петрова. Здесь Василий Розанов развивал идеи, совершенно противоположные нововременским.

По словам Розанова, он «любил одновременно во многих органах сотрудничать: „одна часть души пройдет у Берга“… Мне ужасно надо было, существенно надо протиснуть „часть души“ в журналах радикальных. В консервативный свой период, когда, оказывается, все либералы были возмущены мною, я попросил у Михайловского участия в народническом „Русском богатстве“; я бы им написал действительно отличнейшие статьи о бюрократии и пролетариях (сам пролетарий — я их всегда любил). Михайловский отказал, сославшись: „Читатели бы очень удивились, увидав меня вместе с Вами в журнале“. Мне же этого ничего не приходило в голову».

Василий Розанов был одним из учредителей Религиозно-философских собраний 1901-1903 годов, где развивал аморальные и антихристианские идеи в докладе «Об основаниях церковной юрисдикции, или О Христе — Судии мира». Публиковался в журнале РФС «Новый путь». Член Религиозно-философского общества, где читает в 1907 году свой доклад «Об Иисусе Сладчайшем и горьких плодах мира».

В 1903 консервативный публицист Михаил Меньшиков раскрывает псевдоним протоиерея Александра Устьинского, письма которого Розанов печатал за подписью: «прот. А. У-ский». За это участие в проповеди аморализма о. Александру Устьинскому было запрещено печататься, вести переписку с Розановым (чего он не исполнил) и он был заключен на три месяца в монастырь для покаяния.

События революции 1905 - 1907 годов Василий Розанов освещал в «Новом времени» как монархист и черносотенец, а в других изданиях объявлял революцию «новым христианством», а ее деятелей — «тихими ангелами».

2 мая 1905 года Василий Розанов принимает участие в «дионисической мистерии» – кощунственной пародии на Причастие — инициированной Вячеславом Ивановым на квартире Николая Минского.

Перед революционными волнениями он уже льнет больше к литературно-эстето-мистическим кружкам, которые, словно пузыри, стали выскакивать то здесь, то там. Заглядывает «в башню» Вячеслава Иванова, когда там водят «хороводы» и поют вакхические песни, в хламидах и венках. Юркнул и на «радение» у Минского, где для чего-то кололи булавкой палец у скромной неизвестной женщины, и каплю ее крови опускали в бокал с вином.

Ходил туда Розанов, конечно, в величайшем секрете от жены,— тайком [1].

В ответ на клевету Василия Розанова в адрес Церкви св. прав. Иоанн Кронштадтский пишет 15 августа 1908: «Господи, запечатлей уста и иссуши пишущую руку у В. Розанова, глаголящего неправильную хулу на Всероссийский съезд миссионеров» [2].

В 1909 году Комитет по делам печати постановляет уничтожить книгу Василия Розанова «Русская церковь. Дух. Судьба. Ничтожество и очарование» на том основании, что содержание книги «заключается, с одной стороны, в целом ряде весьма разных нападок на русскую Церковь, с другой — в совершенно отрицательной критике христианского вероучения. Рассматривая вопрос о влиянии Церкви на жизнь русского народа, автор категорически утверждает, что влияние это в общем было весьма вредное. Особенно вредным оказалось оно в отношении к семейной жизни русского народа». Это сочинение было опубликовано, хотя и с исключением некоторых фрагментов.

В 1911 году будущий сщмч. Гермоген (Долганев) ходатайствует перед Святейшим Синодом о предании «явного еретика» Розанова анафеме. Согласно докладу сщмч. Гермогена, Василий Розанов «воспевая гимны „священным блудницам“, проповедует разврат, превозносит культ Молоха и Астарты, осмеивает евангельское учение о высоте девства, восхваляет язычество с его культом фаллоса… извращает смысл монашества и клевещет на него и издевается над духовенством».

В 1914 году со скандалом исключен из Религиозно-философского общества.

В связи с патологическим двурушничеством и внеморальностью Василия Розанова в его модернистском окружении обсуждался вопрос о его вменяемости, о его подсудности требованиям религии, здравого смысла и приличий.

Сам Василий Розанов пишет: «Идея „закона“, как „долга“, никогда даже на ум мне не приходила. Только читал в словарях на букву Д. Но не знал, что это, и никогда не интересовался. „Долг выдумали жестокие люди, чтобы притеснять слабых. И только дурак ему повинуется“. Так, приблизительно… Только всегда была у меня Жалость. И была благодарность. Но это как „аппетит“ мой; мой вкус. Удивительно, как я уделывался с ложью. Она меня никогда не мучила… Так меня устроил Бог».

Зинаида Гиппиус утверждала, что «упреки в цинизме; справедливые — и глубоко несправедливые, ибо прилагать к Розанову общечеловеческие мерки и обычные требования по меньшей степени неразумно. Он есть редкая личность, но, чтобы увидеть это, надо переменить точку зрения… Бесполезно упрекать Розанова во „лжи“, в „безнравственности“, в „легкомыслии“. Это все наши понятия».

воззрения

влияния

Воспитанный в революционно-демократическом духе, Василий Розанов был и оставался всю жизнь вульгарным материалистом. Духовным отцом Розанова был Виссарион Белинский, «Литературные мечтания» которого были первой книжкой, открывшей Розанову «духовную родину». Он также читал Дмитрия Писарева, Николая Добролюбова, западных материалистов и позитивистов Милля, Фохта, Бокля, Бентама, Лассаля.

Фигура Василия Розанова остается популярной в среде модернистов до сего дня. Так, о. Кирилл (Семенов) утверждал, что описанный выше путь Василия Розанова вел к Богу. Этот путь ценен, якобы, поскольку показывает, «какие разнородные пласты несет в себе наша русская словесная культура, какими сложными и страшными, подчас, путями движется человеческая мысль в поисках Бога, в стремлении человека найти себя самого на путях к Истине» [3]. В этом изложении учение Василия Розанова предстает в своем подлинном виде сатанизма, то есть учения о пути к Богу через разврат, ложь и отречение от Христа.

брак и христианство

В сер. 1890-х годов Василий Розанов переживает внутренний слом, который приводит его к полной нравственной аннигиляции: признанию связи пола с Богом. Первой публикацией в этом направлении была статья «Брак и христианство» (1898 год). Для Розанова «пол в человеке — зиждительное лицо, в соответствии и противоположении верхнему, логическому лицу… Для разума он и не определим и не постижим: но он Есть и все Сущее — из Него и от Него». Это неизбежно приводит его к отречению от Христианства, и — к одобрению «юдаизма», как он это называл, и древних солярных религий. Василий Розанов утверждал, что Христианство разрушило сущностную связь человека с Богом, поставив на место жизни — смерть, на место семьи — аскезу, на место религии — каноническое право, консисторию и морализирование, на место реальности — слова.

Как излагает умонастроение Розанова его друг Петр Перцов: «Он удовлетворяется простым посюсторонним, земным человечеством. Его влечет лишенное всякой „цели“, почти позитивное упоение игрою быта, заслоняющее от него бездну и создающее „жизнь“ в переливах цветов на поверхности».

В ходе Религиозно-философских собраний 1901-1903 годов Василий Розанов утверждал, что идеал Христианства выражен в монашестве, и поэтому Христианство должно быть отвергнуто. Соглашаясь с этим утверждением по существу, модернисты-участники Собраний развивали мысль о том, что идеалом является не монашество, а вовлеченность христиан в дела быта.

Сам Василий Розанов утверждает, что после апостасии человек «стал для него религиозной вещью, святым существом, вечно бредящим о небесном». В этой характеристике точно ухвачено сочетание позитивизма с иррационализмом. Творчество Василия Розанова в целом есть абсурдное восстание слепой материи против всякой объясняющей и истолковывающей идеи.

Василий Розанов считает основной заповедью Божией «плодитесь и размножайтесь», осуществляя подмену Царствия небесного земным общением. Таковая подмена равнозначна прямому восстанию против Христа. Так, в августе 1918 года он пишет Э. Ф. Голлербаху, что «Апокалипсис нашего времени» есть «Опавшие листья» — на одну определенную тему — «инсуррекция против христианства».

В своем мировоззрении Василий Розанов сочетает русский нигилизм с почвенничеством. Результатом был резкий феноменализм, вплоть до устранения собственной личности «Розанова», с которым «случаются эти разные вещи».

Феноменализм и антитеоретизм Василия Розанова особенно резко выразился в ходе Религиозно-философских собраний 1901-1903 гг.. Представители Церкви, в том числе даже модернисты типа о. Сергия Соллертинского, Валентина Тернавцева, Антонина Грановского, ссылались в споре с Василием Розановым и Дмитрием Мережковским на норму: каноны, заповеди, догматы. Но для Василия Розанова и Мережковского норма не существует. Как отвечал Мережковский: Розанов «не сомневается, что „номинализм“ церкви благожелателен к браку, но он сомневается, чтобы „реализм“ церкви был к нему благожелателен. Церковь реально — неблагожелательна».

И действительно, против Христианства Василий Розанов выдвигал не теоретические возражения, а перечислял разрозненные и спорные факты несчастливых и неравных браков, расторжения незаконных и непризнания невенчанных браков, имея в виду, конечно, свой собственный незаконный второй «брак». С одной стороны, у него это является рудиментом атеистической пропаганды. Федор Достоевский в своих сочинениях придал этим атеистическим приемам новый смысл — уже религиозный. На самом же деле это утверждение феноменализма, когда Богу невозможно простить «слезинку ребенка». Поэтому и Василий Розанов во вполне понятном и приемлемом смысле для других модернистов излагает лишь единичные факты. Церковь знает объяснение и этому единичному факту, но в рамках логики антитеоретизма Церкви не дают вообще ничего объяснить. Поэтому даже один факт несправедливости ставит перед Христианским законом требование – самоустраниться, исчезнуть.

Крайний адогматизм – безразлично: почвеннический или революционно-демократический – ставит все на почву «живой жизни» с ее переменчивыми радостями и огорчениями. Религия и всякое упорядоченное соображение отвергаются во имя свободной игры мыслей и страстей. Разумеется, этим устраняется всякое духовное измерение. Остается лишь праздная философия под старым именем «догматического богословия» и практическая жизнь. Василий Розанов выбирает второе. Однако без теории, без нормы, и вытекающего из этой нормы объяснения событий и сама практическая жизнь превращается в сон, в «сон в Боге», по словам Василия Розанова.

Устранение теории, то есть всякой истины, приводит к тому, что и сама плоть, о которой вроде бы так радеет Василий Розанов, подвергается у него развоплощению. Эта практическая жизнь – даже не животное состояние, а ниже, чем животное, потому что внезаконное. Это существование вне закона отождествляется Василием Розановым с миром душевным, с неуничтожимым смирением.

Но и эти розановские мир и мiр исчезают при соприкосновении с догматическим Христианством, что приводит его к прямому бунту. И здесь — в борьбе с Христианством — учение Василия Розанова предстает все-таки как теория, хотя и лишенная объяснительной силы. Это теория демоническая по своему существу, поскольку она не просто ничего не объясняет, а освобождает своих адептов от власти всякой нормы и закона.

Антихристианская теория Василия Розанова превращает все предметы повседневности в чудесные. А теория эта, со своей стороны, является литературным мифом, тоже в своем смысле «чудесным». Отсюда сочинения Василия Розанова типологически могут быть отнесены к массовой культуре, предвещая эпоху интернет-форумов, чатов и ток-шоу.

концепты

Аморализм, Антиавгустинизм, Мистика единичности

авторитетные авторы
  • Достоевский Федор Михайлович.

В. В. Розанов — авторитетный автор

На В. Розанова как на авторитет ссылались:

Горичева Татьяна Михайловна, Димитрий (Першин), Зеньковский Василий Васильевич, Климент (Капалин), Мень Александр Вольфович, Питирим (Нечаев), Плужников Алексей Юрьевич, Ткачев Андрей Юрьевич, Чистяков Георгий Петрович

патологическая речь

Выдающийся мастер патологической речи. Розанов прекрасно понимал разрушительную силу обыденной речи, если ее противопоставить официальной, и успешно пользовался ею для борьбы с Православием.

византизм
  • По скором отделении Византии от Западной Церкви, и русские были уведены из древнего общего христианского русла в специальный поток византийского церковного движения[4].
Великий инквизитор
патологический словарный запас

Абстрактный, Византийский, Вселенскость, Всечеловеческий, Гнушение, Граница, Духовно-физический, Инквизиция, Неопределимый, Тайна пола, Тайна свободы

цитаты

Я давно про себя решил, что «домашний очаг», «свой дом», «своя семья» есть единственно святое место на земле, единственно чистое, безгрешное место: выше Церкви, где была инквизиция, выше храмов — ибо и в храмах проливалась кровь.
Господи, неужели мы никогда не разговеемся больше душистой Русской Пасхой, хотя теперь я хотел бы праздновать вместе с евреями и их маслянистой, вкусной, фаршированной с яйцами щукой. Сливаться, так сливаться в быте, сразу маслянисто и легко (декабрь 1918).

Народы, хотите ли я вам скажу громовую истину, какой вам не говорил ни один из пророков…

— Ну? Ну?.. Хх…

— Это — что частная жизнь выше всего.

— Хе-хе-хе! Ха-ха-ха!

— Да, да! Никто этого не говорил; я — первый… Просто, сидеть дома и хотя бы ковырять в носу «и смотреть на закат солнца!»…

А убеждения? — Равно наплевать.
Нет крупинки в нас, ногтя, волоса, капли крови, которые не имели бы в себе духовного начала.
Нравственность? Даже не знал никогда, через «ѣ» или через «е» это слово пишется.

основные сочинения

  •  Розанов В. В. О понимании: Опыт исследования природы, границ и внутреннего строения науки как цельного знания (1886)
  •  Розанов В. В. Органический процесс и механическая причинность (1889)
  •  Розанов В. В. Место христианства в истории (1890)
  •  Розанов В. В. Цель человеческой жизни (1892)
  •  Розанов В. В. Красота в природе и ее смысл (1894)
  •  Розанов В. В. Легенда о великом инквизиторе Ф. Достоевского (1894)
  •  Розанов В. В. Литературные очерки (1899)
  •  Розанов В. В. Сумерки просвещения (1899)
  •  Розанов В. В. Религия и культура (1899)
  •  Розанов В. В. Природа и история (1899)
  •  Розанов В. В. В мире неясного и нерешенного (1901)
  •  Розанов В. В. Семейный вопрос в России (1903)
  •  Розанов В. В. Около церковных стен (1906)
  •  Розанов В. В. Русская церковь. Дух. Судьба. Ничтожество и очарование (1909)
  •  Розанов В. В. Когда начальство ушло (1910)
  •  Розанов В. В. Люди лунного света. Метафизика христианства (1911)
  •  Розанов В. В. Темный Лик. Метафизика христианства (1911)
  •  Розанов В. В. Библейская поэзия (1912)
  •  Розанов В. В. Уединенное (1912)
  •  Розанов В. В. Литературные изгнанники (1913)
  •  Розанов В. В. Опавшие листья (1913)
  •  Розанов В. В. Сахарна (1913)
  •  Розанов В. В. «Ангел Иеговы» у евреев (1914)
  •  Розанов В. В. В соседстве Содома (1914)
  •  Розанов В. В. Опавшие листья. Короб второй (1915)
  •  Розанов В. В. Апокалипсис нашего времени (1917-1918)
  •  Розанов В. В. Мимолетное (1914-18)
  •  Письма В. В. Розанова к Э. Голлербаху
  •  Розанов В. В. Духовное завещание // Русский архив. — М.: Студия «ТРИТЭ», «Российский архив», 1994. — С. 257-261.

источники



Сноски


  1.  Гиппиус Зинаида. Задумчивый странник. О Розанове // Собрание сочинений: В 17-ти т. — М.: Русская книга, 2002. — Т. 6. Живые лица: Воспоминания. Стихотворения. — С. 132.
  2.  Иоанн Кронштадтский св. Предсмертный дневник. 1908 май - ноябрь. — М., СПб., Кронштадт, 2009. — С. 47.
  3. Кирилл (Семенов) о. «Не знаете, какого вы духа…» (Лк. 9, 55). // Русская линия. — 2006. — 24 мая. — Дата обращения: 22.08.2017.
  4. Розанов В.В. Русская церковь. Дух. Судьба. Очарование и ничтожество. Главный вопрос // Полярная звезда. - 1906. - № 8.