Византизм (ругательное слово)

Материал из Два града
Византизм
византийство, византийский, византиец, византинизм, byzantinisme
Степень одобрения: ругательство
Тип: ругательные слова
Направление: идеология, массовая религия

византийство, византинизм, byzantinisme - ругательное слово, используемое для обозначения союза Православия и самодержавия. В расширительном смысле используется в полемике против Церковной и государственной власти, в том числе принудительности истины. Во многом совпадает с критикой Константиновской эпохи и Синодального периода.

Первоначально (во французском языке) было близко по значению к ругательному слову «схоластика».

этимология

От фр. byzantinisme: «расположение духа, побуждающее к бесполезным спорам о предметах, не имеющих значения» [1].

Возникает в нач. XIX в.: «Государство, в котором людей занимали и разделяли споры о праздных предметах»[2].

определение

Св. правоверный царь Иустиниан Управда с архиереем и свитой. Мозаика в базилике св. Виталия, Равенна.

Согласно Константину Леонтьеву «византизм есть прежде всего особого рода образованность или культура, имеющая свои отличительные признаки, свои общие, ясные, резкие, понятные начала и свои определенные в истории последствия… Отвлеченная идея Византизма крайне ясна и понятна. Эта общая идея слагается из нескольких частных идей религиозных, государственных, нравственных, философских и художественных»[3]:300.

Леонтьев определяет византизм как самодержавие в государстве[3]:300.

«Византизм (как и вообще христианство) отвергает всякую надежду на всеобщее благоденствие народов; что он есть сильнейшая антитеза идее всечеловечества в смысле земного всеравенства, земной всесвободы, земного всесовершенства и вседовольства. Византизм дает также весьма ясные представления и в области художественной или вообще эстетической: моды, обычаи, вкусы, одежду, зодчество, утварь»[3]:301.

употребление

народовольцы

«Христианство заменилось византийством, и вот этот-то „повапленный“ гроб суждено было нам воспринять в себя; молодой, только-что начинающий жить народ принял в наследство от издыхающего народа его мертвящий, буквально тлетворный дух; государство, сходящее с исторической сцены в силу внутренней несостоятельности и бессилия распутать социальную неурядицу, завещало нам свою растлевающую систему.
Тормозящими влияниями, обусловившими непроизводительность реформаторских революционных усилий, мы считаем: разброд мысли и дела, политическую невыработанность, отсутствие общенародной организации, недостаточную степень сознательности, убеждение в непреоборимости зла, пассивность в сопротивлении, традиционные пути византийства в религиозных движениях, идеи царизма в бунтовских взрывах»[4].

обновленчество

Борьба с византизмом входила в программу обновленческих реформ.

Декларация «Союза религиозно-трудовых общин»

«Союз выступает против церковного централизма, считая это пережитком византизма и империализма. Вместо митрополий, епархий, приходов как торгово-промышленных предприятий Союз организует религиозно-трудовые общины, при этом каждая община имеет своего епископа»[5].

Александр Введенский:

«Византизм характеризуется связью церкви с государством»[6].

Николай Бердяев

Николай Бердяев включает ругательное слово «византизм» в свои упражнения в области патологической речи.

Он противопоставляет русскую стихию и византийскую организацию:

«Русская церковь и русское государство организовались и держались византийскими началами. Сама же русская стихия — хлыстовская, языческо-дионисическая и противокультурная.
Духовно народ русский слишком подчинился чуждой ему Византии, и это подчинение многое исковеркало в душе его. Византизм тяжелым гнетом лег на русскую жизнь. И под этим гнетом подымалась, бушевала и трепетала русская хлыстовская стихия. В самом русском православии было какое-то неорганическое смешение византизма и хлыстовства»[7].

Бердяев приписывает синтезированной им «византийской душе»: лукавство, низкопоклонство перед сильными, культ государственности, схоластику, уныние, жесткость и мрачность[8].

«Дух Византии — дух государственного абсолютизма. В Византии произошло какое-то роковое омертвение христианства, динамика остановилась, дух жизни угас и остались лишь иконы, лишь темные лики, лишь статика».

У «русской души» Бердяев обнаруживает «своеобразный органический демократизм, и жажду соборности, преобладание единства любви над единством авторитета, нелюбовь к государственности, к формализму, к внешним гарантиям, преобладание внутренней свободы над внешним оформлением, патриархальное народничество»[8].

Уже «для славянофилов православное богословие было не византийской риторикой, а делом жизни»[8].

Программа преобразования Православия предусматривает освобождение от византизма:

«Идея славянства должна быть окончательно освобождена от византизма. Мертвящий византизм тяжелым бременем лежит на русском народе, замутняет национальное самосознание и мешает осуществлению национального призвания. Хомяков сознавал глубокое отличие славянства от византизма, понимал, что именно Византии был наиболее чужд идеал христианской общественности. В наследие России Византия оставила ложное отношение Церкви и государства. Но русская жажда Града Христова противится этому наследию. И необходимо ещё радикальнее славянофилов оторвать идею России и славянства от византизма»[8].

Георгий Федотов

Георгий Федотов понимает византизм расширительно как тоталитаризм:

«Византинизм есть тоталитарная культура, с сакральным характером государственной власти, крепко держащей Церковь в своей не слишком мягкой опеке... Византинизм исключает всякую возможность зарождения свободы в своих недрах»[9].

о. Александр Шмеман

О. Александр Шмеман противопоставляет «византизм» созидаемому им новому синтетическому Православию как нечто узкое - широкому, местное - вселенскому:

«От Хомякова, которого Самарин назвал „учителем Церкви“, до русских философов и богословов XX века – темой русской мысли все очевиднее становится вселенская истина Православия – не „византинизма“, не „востока“, – а именно всеобъемлющего, последнего христианского „синтеза“»[10].

сужение

Византийство - это индивидуально-духовная редукция («читайте Исаака Сирина!»)[11]:58.

«Отождествление Православия с византинизмом ― губительно, грозит сужением православного сознания»[11]:80.

мысль о смерти

О. Александр Шмеман осуждает «похоронное самоуслаждение (с оттенком зловещего мазохизма; все эти „плачу и рыдаю…“). Роковое значение Византии на пути Православия!»[11]:105

в речи мастеров

Бердяев Николай Александрович, Введенский Александр Иванович, Кураев Андрей Вячеславович, Розанов Василий Васильевич, Соловьев Владимир Сергеевич, Тареев Михаил Михайлович, Федотов Георгий Петрович, Хомяков Алексей Степанович, Шмеман Александр Дмитриевич

источники

  •  Соловьев В. С. Византизм и Россия // Сочинения в 2-х т.


Сноски


  1. Mauriac. Journal du temps de l'occupation, 1942, p. 331. Ortolang. 21.10.2016.
  2. июль 1838, Michelet, Journal, p. 275.
  3. 3,0 3,1 3,2  Леонтьев К. Н. Византизм и славянство // Полное собрание сочинений и писем: В 12-ти т. — СПб.: Владимир Даль, 2005. — Т. 7. Кн. 1. — 300-443 с.
  4. Народная воля. Социально-революционное обозрение. №№ 8-9 // «Народная воля», 1882
  5. Белков, Евгений. Известия 18 июля 1923.
  6. Введенский, Александр. Кто губит Церковь. Диспут в Москве 11 декабря 1924 г.
  7. Бердяев, Николай. Философия неравенства.
  8. 8,0 8,1 8,2 8,3 Бердяев, Николай. Алексей Степанович Хомяков.
  9. Федотов, Георгий. Россия и свобода.
  10.  Шмеман, Александр о. Исторический путь Православия. — М.: Паломник, 2003. — С. 364.
  11. 11,0 11,1 11,2  Шмеман, Александр о. Дневники 1973–1983 / Сост. У. С. Шмеман; Н. А. Струве; Е. Ю. Дорман. — М.: Русский путь, 2005.