Халкидонский догмат в изложении школы Владимира Соловьева

From Два града
Jump to: navigation, search
Данная статья является незавершённой и находится в процессе доработки.

учение о продолжающемся Боговоплощении, о совпадении Церкви и Богочеловека Христа - основоплагающий миф православного модернизма. Программа по созиданию религиозно-политического тела под видом Православной Церкви. Аналогичное учение встречается в нравственном монизме.

влияния

Воспринято Владимиром Соловьевым из немецкого романтического богословия через славянофильское посредство. В дальнейшем через новое религиозное сознание перешло в православный модернизм, прежде всего парижской школы. В настоящее время составляет основу модернистской ортодоксии и воплощается через программу обмирщения Церкви, то есть Церковную реформу.

определение

Халкидонский догмат в изложении школы Владимира Соловьева является характерным примером политического преломления Христианства.

Владимир Соловьев

Владимир Соловьев исходит из той мысли, что человеческая личность есть фикция [1]. Поэтому для него Христос – не Личность, а идеальный, абсолютный или универсальный человек, который включает в себя все личности всех людей. Это и есть «коллективный Христос» идеологий.

Соловьев толкует соединение человека и всего человечества с Божеством как воплощение Божества в человечестве, и основанное на земле Богочеловеком Иисусом Христом царствие Божие понимает и изъясняет как богочеловеческий процесс, а совокупность лиц и учреждений, входящих в состав этого царствия — как богочеловеческий организм.

Конечным результатом богочеловеческого процесса «является человеко-бог, то есть человек, воспринявший божество, а так как воспринять божество человек может только в своей безусловной целости, то есть в совокупности со всем, то человек-бог необходимо есть коллективный и универсальный, то есть всечеловечество или Вселенская Церковь»

Согласно учению Владимира Соловьева, Бог соединяется в воплощении не с человеком, а с человечеством, и воплощение Христово совершилось не для человека, а для человечества, и поэтому личные подвиги отдельного лица в видах личной святости и личного спасения души имеют значение и цену только в отношении к общему богочеловеческому всемирному процессу, а сами по себе не имеют никакой цены и лишь служат вывеской лицемерия и мертвой веры.

Таким образом, личная жизнь в Христианстве, с ее подвигами, стремлениями и надеждами, всецело поглощается общим богочеловеческим процессом всемирной истории, и судьба ее заканчивается в социальных судьбах всего человечества. Если назвать это соловьевское учение собственным его именем, то оно есть отрицание Христианства, потому что оно все сводит к идее царствия, заканчивающегося в социальной судьбе человечества.

Художественно-общественная теургия алхимически превращает «физическую жизнь в духовную», служит «созданию вселенского духовного организма» [2].

новое религиозное сознание

Уже в новом религиозном сознании начала XX века соловьевское толкование Халкидонского догмата породила программу обмирщения Церкви или ее замены новой церковью Третьего завета.

Догмат о Богочеловечестве утверждает совершенное равенство плотского — духовному, земного — небесному, человеческого — божескому в существе Христа. Но религиозный опыт христианства — по преимуществу монашеская, отшельническая, от земли отошедшая святость — не вместил и не воплотил догмата: духовное возобладало над плотским, небесное — над земным, божеское — над человеческим, до совершенного поглощения одного начала другим.

Дмитрий Мережковский. Земной Христос (1910)

мирология

Для советской мирологии Боговоплощение есть воссоздание падшего космоса через совершенствование человеческой природы Спасителя. Человечество в целом есть откровение Предвечного Логоса в истории. В мирологии реальность присутствия Бога в мире выступает в качестве важнейшей метафизической гарантии спасительности совершающегося исторического процесса [3]. Спасение помещается, таким образом, прямо «в спасительное течение Божественной Премудрости в волнах житейского моря» [4].

Такое представление о Боговоплощении и спасении вполне совместимо с гностическими идеологиями.

движение литургического обновления

В рубрику мистического коллективизма, то есть веры в религиозно-политическое тело и участие в его созидании, должна быть занесена и идеология литургических реформ в Православии, католицизме, англиканстве и протестантизме. Реформированное богослужение имеет своим мистическим центром ощущение посюстороннего священного: «Мы и есть Церковь, мы ее составляем» [5], а Таинства становятся только символами единства или разделения людей между собой.

представители

Владимир Соловьев, Дмитрий Мережковский, о. Сергий Булгаков, Антон Карташев.

патологическая речь

Благодаря пародийному толкованию Халкидонского догмата В. С. Соловьевым, в патологическую речь представителей массовой религии и псевдофилософии проник штамп «Неслиянность и нераздельность».

см. также

источники



Сноски


  1. см.  Половинкин, Сергей Вл. Соловьев и Л. М. Лопатин: еще один пример дружбы-вражды // Владимир Соловьев и культура Серебряного века / Ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Наука, 2005.
  2.  Соловьев, Владимир. Общий смысл искусства // Сочинения: В 2-х т. — М.: Мысль, 1988. — Т. 2. — С. 398.
  3. Пастырское служение и миротворчество // Настольная книга священнослужителя: в 8-ми тт. — М.: Московская Патриархия, 1988. — Т. 8. — С. 702.
  4. Никодим (Ротов) митр. Размышления над книгами Премудрого. О книге Притчей Соломоновых // Журнал Московской Патриархии. 1965. № 9. С. 35
  5.  Шмеман, Александр о. Евхаристия. Таинство Царства. — YMCA-Press, 1988. — С. 28.