Народничество

From Два града
Jump to: navigation, search

(1860-е - 1910-е годы) — революционная гностическая идеология, один из этапов русского освободительного движения. В основе народничества лежал миф об общине. Народничество ставило целью преодоление разрыва интеллигенции с народом. Движение народничества было связано с ощущением интеллигенцией потери своей связи с «народной мудростью», «народной правдой».

Господствовавшее в 1860—1880 годах в России течение социально-политической мысли[1]. Выделяют следующие направления народничества: революционное, либеральное, анархистское.

зарождение

Идеология народничества основывалась на системе «самобытности» и самобытном пути развития России к «социализму», минуя «капитализм».

Основы «русского, общинного социализма» были сформулированы на рубеже 1840—50-х годов А. И. Герценом:

«Едва пробудившись, мы оказались лицом к лицу с Европой, и с самого начала наш естественный, полудикий образ жизни более соответствует идеалу, о котором мечтала Европа, чем жизненный уклад цивилизованного германо-романского мира; то, что является для Запада только надеждой, к которой устремлены его усилия, —для нас уже действительный факт, с которого мы начинаем; угнетенные императорским самодержавием, — мы идем навстречу социализму, как древние германцы, поклонявшиеся Тору или Одину, шли навстречу христианству... Я не вижу причин, почему Россия должна непременно претерпеть все фазы европейского развития, не вижу я также, почему цивилизация будущего должна неизменно подчиняться тем же условиям существования, что и цивилизация прошлого.

Германская община пала, встретившись с двумя социальными идеями, совершенно противоположными общинной жизни: феодализмом и римским правом. Мы же, к счастью, являемся со своей общиной в эпоху, когда противообщинная цивилизация гибнет вследствие полной невозможности отделаться, в силу своих основных начал, от противоречия между правом личным и правом общественным. Почему же Россия должна лишиться теперь своей сельской общины, если она сумела сберечь ее в продолжение всего своего политического развития, если она сохранила ее нетронутой под тягостным ярмом московского царизма, так же как под самодержавием — в европейском духе — императоров?»[2].

течения

В рамках народнического движения существовали два основных течения — умеренное (либеральное) и радикальное (революционное).

Консервативное направление

Консервативное (правое) крыло народничества было тесно связано со почвенниками (Аполлоном Григорьевым, Н. Н. Страховым). Его деятельность была представлена, в основном, творчеством журналистов, сотрудников журнала «Неделя» П. П. Червинского и И. И. Каблица-Юзова.

В легальной печати наиболее ярким выражением народнического настроения 70-х гг. был шум, поднятый по вопросу о «деревне». Небольшая статья в «Неделе» (1875) о том, почему литература пришла в упадок, подписанная никому не известными инициалами П. Ч. и принадлежавшая перу публициста П. П. Червинского, никогда более не останавливавшего на себе внимания большой публики, создала целую литературу журнальных и газетных статей, долго и усердно разбиравших тезис статьи, что интеллигенция должна учиться нравственности у «деревни». В числе лиц, поддержавших это, оказался К. Д. Кавелин, занимавшийся общинным землевладением.

Реформистское направление (либеральное или легальное) направление[3]

Оформилось на рубеже 70-80-х гг. XIX в. Его идеологами выступали Н. К. Михайловский, С. Н. Кривенко, С. Н. Южаков, И. И. Каблиц, В. П. Воронцов и др.

Либерально-революционное направление

Либерально-революционное (центристское) крыло в 1860—1870-е было представлено Г. З. Елисеевым (редакция журнала «Современник», 1846—1866), Н. Н. Златовратским, Л. Е. Оболенским, Н. К. Михайловским, В. Г. Короленко («Отечественные записки», 1868—1884), С. Н. Кривенко, С. Н. Южаковым, В. П. Воронцовым, Н. Ф. Даниельсоном, В. В. Лесевичем, Г. И. Успенским, А. П. Щаповым («Русское богатство», 1876—1918).

Ведущими идеологами этого направления в народничестве (получившего в советской историографии название «пропагандистского», а в постсоветской — «умеренного») были П. Л. Лавров и Н. К. Михайловский.

социально-революционное направление

В советской историографии это направление именовалось «заговорщицким» или «бланкистским». Основные теоретики социально-революционного течения русского народничества — П. Н. Ткачев и в определенной мере Н. А. Морозов. Ткачев утверждал, что самодержавие в России не имеет социальной опоры ни в одном сословии русского общества и его можно будет быстро ликвидировать. Для этого «носители революционной идеи», радикальная часть интеллигенции, должны были создать строго законспирированную организацию, способную захватить власть и превратить страну в утопическое общество, общину-коммуну.

Главным и определяющим основное содержание общественного движения 70-х годов была непримиримая ненависть ко всем существующим социально-политическим учреждениям царской России и решительная революционность, направленная на полное освобождение народа от всяких форм эксплуатации. Именно эта характерная особенность и выражается термином «революционное народничество»[4]:16

анархистское направление

Если Ткачев и его последователи верили в политическое объединение единомышленников во имя создания государства нового типа, то анархисты оспаривали необходимость преобразований в рамках государства. Их идеологами были М. А. Бакунин и П. А. Кропоткин. Оба они скептически относились к любой власти, считая ее подавляющей свободу личности и порабощающей ее.

Бакунин считал русского человека бунтарем «по инстинкту, по призванию», а у народа в целом, полагал он, в течение многих веков уже выработался идеал свободы. Поэтому он полагал, что революционерам осталось лишь перейти к организации всенародного бунта (отсюда — наименование в марксистской историографии возглавляемого им крыла народничества «бунтарским»). Цель бунта по Бакунину — не только ликвидация существующего государства, но и недопущение создания нового.

Кропоткин делал акцент на решающей роли масс в переустройстве общества, призывал «коллективный ум» народа к созданию коммун, автономий, федераций.

история революционного народничества

Нелегальные и полулегальные народнические кружки начали революционную работу «в народе» еще до отмены крепостного права в 1861 г. По методам борьбы за идею эти первые кружки заметно различались: пропагандистское и заговорщицкое направления существовали уже в рамках движения «шестидесятников» (народников 1860-х).

Пропагандистский студенческий кружок существовал в Харьковском университете (1856—1858), в 1861 кружок пропагандистов П. Э. Агриропуло и П. Г. Заичневского был создан в Москве. Члены его считали необходимым свержение монархии путем революции. Политическое устройство России представлялось ими в виде федеративного союза областей во главе с выборным национальным собранием.

В 1861—1864 наиболее влиятельным тайным обществом Петербурга была первая «Земля и воля». Его члены (А. А. Слепцов, Н. А. Серно-Соловьевич, А. А. Серно-Соловьевич, Н. Н. Обручев, В. С. Курочкин, Н. И. Утин, С. С. Рымаренко), вдохновленные идеями А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского, мечтали о создании «условий для революции». Они ждали ее к 1863 — после завершения подписания уставных грамот крестьянам на землю. Общество, располагавшее местом распространения печатной продукции (книжным магазином А. А. Серно-Соловьевича и Шахматным клубом) выработало свою программу — передача земли крестьянам за выкуп, замена правительственных чиновников выборными лицами, сокращение расходов на войско и царский двор. Однако эти программные положения не получили широкой поддержки в народе, и организация самораспустилась, оставшись даже не раскрытой царскими охранительными органами.

Из кружка, примыкавшего к «Земле и воле», в 1863—1866 в Москве выросло тайное революционное общество «ишутинцев», целью которого была подготовка крестьянской революции путем заговора интеллигентских групп. В 1865 входившие в него П. Д. Ермолов, М. Н. Загибалов, Н. П. Странден, Д. А. Юрасов, Д. В. Каракозов, П. Ф. Николаев, В. Н. Шаганов, О. А. Мотков установили связи с петербургским подпольем через И. А. Худякова, а также с польскими революционерами, русской политической эмиграцией и провинциальными кружками в Саратове, Нижнем Новгороде, Калужской губернии и др. Пытаясь воплотить в жизнь идеи Чернышевского по созданию артелей и мастерских, сделать их первым шагом будущего социалистического преобразования общества, они создали в 1865 в Москве бесплатную школу, переплетную (1864) и швейную (1865) мастерские, ватную фабрику в Можайском уезде на началах ассоциации (1865), вели переговоры о создании коммуны с рабочими железоделательного Людиновского завода Калужской губернии.

К началу 1866 у «ишутинцев» появились небольшое, но сплоченное центральное руководство («Ад»), собственно тайное общество («Организация») и примыкавшие к нему легальные «Общества взаимного вспомоществования». «Ишутинцы» подготавливали побег Чернышевского с каторги (1865—1866), но их успешную деятельность прервало 4 апреля 1866 несогласованное с товарищами покушение одного из членов кружка, Д. В. Каракозова, на императора Александра II. По «делу о цареубийстве» под следствие попало более 2 тыс. народников; из них 36 были приговорены к разным мерам наказания.

В 1869 в Москве и Петербурге начала деятельность организация «Народная расправа» (77 человек во главе С. Г. Нечаевым). Целью ее была также подготовка «народной мужицкой революции». Члены организации оказались жертвами шантажа и интриг ее руководителя. Когда член «Народной расправы» студент И. И. Иванов выступил против ее руководителя, он был обвинен Нечаевым в предательстве и убит. Это преступление раскрыла полиция, организация была разгромлена, сам Нечаев бежал за границу, но был там арестован, выдан российским властям и судим как уголовный преступник.

1870-е годы выдвигают на первый план беспредельное народолюбие; «кающиеся дворяне» (по меткому выражению Н. К. Михайловского) всецело посвящают свою жизнь тому, чтобы загладить перед мужиком вековую вину барства-интеллигенции. С конца 1860-х в крупных городах России действовало несколько десятков народнических кружков. Один из них, созданный С. Л. Перовской (1871), влился в «Большое общество пропаганды», возглавляемое М. А. Натансоном[5]. В кружке «чайковцев» (Н. В. Чайковский осуществлял сношения с легальным миром, поэтому название по его имени условно)[6] участвовали такие в будущем известные революционеры как С. М. Кравчинский, П. А. Кропоткин, Ф. В. Волховский, С. С. Синегуб, Н. А. Чарушин и др.

Много читавшие и обсуждавшие труды Бакунина, «чайковцы» считали крестьян «стихийными социалистами», которых осталось только «разбудить» — пробудить в них «социалистические инстинкты», для чего предлагалось вести пропаганду среди столичных рабочих-отходников, временами возвращавшихся из города в деревню.

Арест пропагандиста, картина И.Репина

Весной и летом 1874 «чайковцы», а вслед за ними и члены других кружков отправились для ведения пропаганды в деревни Московской, Тверской, Курской и Воронежской губ[7]. Это движение получило наименование «летучей акции», а позже — «первого хождения в народ». Переходя из деревни в деревню, сотни студентов, гимназистов, молодых интеллигентов, одетых в крестьянскую одежду и пытавшихся разговаривать, как крестьяне, раздавали литературу и убеждали крестьян, что царизм «более терпеть нельзя». Но крестьяне относились к чужакам настороженно, их призывы расценивали как странные и опасные. К рассказам о «светлом будущем» они относились, по воспоминаниям самих народников, как к сказкам («Не любо — не слушай, а врать не мешай!»). Н. А. Морозов, в частности, вспоминал, что спрашивал крестьян: «Ведь земля божия? Общая?» — и слышал в ответ: «Божия там, где никто не живет. А где люди — там она человеческая». К осени 1874 «хождение в народ» пошло на убыль и начались правительственные репрессии. К концу 1875 более 900 участников движения (из 1000 активистов) а также около 8 тыс. сочувствующих и последователей было арестовано и осуждено, в том числе по самому громкому делу — «Процессу 193-х».

В конце 1874 года в Москве была создана группа под названием «Всероссийская социально-революционная организация». После арестов и процессов 1875 — начала 1876 она целиком вошла в созданную в 1876 новую, вторую «Землю и волю» (названную так в память о предшественниках). Работавшие в ней М. А. Натансон и О. А. Шлейснер (муж и жена), Г. В. Плеханов, Л. А. Тихомиров, О. В. Аптекман, А. А. Квятковский, Д. А. Лизогуб, А. Д. Михайлов, позже — С. Л. Перовская, А. И. Желябов, В. И. Фигнер и др. настаивали на соблюдении принципов конспирации, подчинения меньшинства большинству. Эта организация представляла собой иерархически построенный союз, во главе которого стоял руководящий орган («Администрация»), которому подчинялись «группы» («деревенщики», «рабочая группа», «дезорганизаторы» и др.). Филиалы организации имелись в Киеве, Одессе, Харькове и других городах. Предполагалось осуществление крестьянской революции, программа организации предусматривала, что принципы коллективизма и анархизма (бакунизм) будут основами государственного устройства, наряду с обобществлением земли и заменой государства федерацией общин.

Н. И. Шишаков. «Арест пропагандиста». 1968 г. Почтовая марка СССР, 1982 г., ЦФА 5316

В 1877 году в «Землю и волю» входило около 60 человек, сочувствующих — ок. 150. Ее идеи распространялись через социально-революционное обозрение «Земля и воля» (Петербург, № 1-5, октябрь 1878 — апрель 1879) и приложение к нему "Листок «Земли и воли» (Петербург, № 1-6, март-июнь 1879). Часть сторонников пропагандистской работы настаивала на переходе от «летучей пропаганды» к поселению революционеров в деревне на продолжительное время для ведения пропаганды (это движение получило в литературе наименование «второго хождения в народ»). На этот раз пропагандисты вначале осваивали ремесла, которые должны были пригодиться на селе, становились врачами, фельдшерами, писарями, учителями, кузнецами, дровосеками. Оседлые поселения пропагандистов возникли вначале в Поволжье (центр — Саратовская губерния), затем в Донской области и некоторых других губерниях. Однако постоянное пребывание в деревне ощутимых результатов по сближению с крестьянством не дало и к концу 1878 года из-за репрессий правительства в деревнях осталось всего два поселения народников. Была создана и «рабочая группа», чтобы продолжать агитацию на заводах и предприятиях Петербурга, Харькова и Ростова."Земля и воля" организовала первую в истории России демонстрацию — 6 декабря 1876 у Казанского собора в Петербурге. На ней было развернуто знамя с лозунгом «Земля и воля», выступил с речью Г. В. Плеханов.

Народники Юга Российской империи встали на путь терроризма, представив это как организацию актов самозащиты и мести за злодеяния царской администрации. Затем, 24 января 1878[8] В. И. Засулич совершила покушение на петербургского градоначальника Ф. Ф. Трепова. В том же месяце кружок В. А. Осинского — Д. А. Лизогуба, действовавший в Киеве и Одессе, организовал убийства агента полиции А. Г. Никонова, киевского жандармского ротмистра Г. Э. Гейкинга (инициатора высылки революционно настроенных студентов) и харьковского генерал-губернатора Д. Н. Кропоткина. 4 августа 1878 г. C. М. Степняк-Кравчинский убил кинжалом петербургского шефа жандармов Н. В. Мезенцова в ответ на подписание им приговора о казни революционера И. М. Ковальского. 13 марта 1879 было совершено покушение на преемника Мезенцова — генерала А. Р. Дрентельна. Листок «Земли и воли» (главный редактор — Н. А. Морозов) окончательно превратился в орган террористов.

Ответом на теракты землевольцев стали репрессии. По России прошел десяток показательных политических процессов с приговорами по 10-15 лет каторги за печатную и устную пропаганду, было вынесено 16 смертных приговоров (1879) уже только за «принадлежность к преступному сообществу» (об этом судили по обнаруженным в доме прокламациям, доказанным фактам передачи денег в революционную казну и пр.). В этих условиях подготовку А. К. Соловьевым покушения на императора 2 апреля 1879 многие члены организации расценили неоднозначно: часть их протестовала против теракта, считая, что он погубит дело революционной пропаганды.

В мае 1879 террористы создали группу «Свобода или смерть». 15 июня 1879 сторонники активных действий собрали в Липецке съезд для выработки дополнений к программе организации и общей позиции. 19-21 июня 1879 на съезде в Воронеже землевольцы попытались урегулировать противоречия между террористами и пропагандистами и сохранить единство организации, но неудачно: 15 августа 1879 «Земля и воля» распалась.

Те, кто считал необходимым отказ от методов террора (Плеханов, Л. Г. Дейч, П. Б. Аксельрод, Засулич и др.) объединились в новое политическое образование, назвав его «Черный передел» (имелось в виду перераспределение земли на основании крестьянского обычного права, «по-черному»).

Сторонники террора создали организацию «Народная воля». За короткий срок, в течение года, народовльцы создали разветвленную организацию во главе с Исполнительным комитетом. В него вошли 36 человек, в том числе Желябов, Михайлов, Перовская, Фигнер, М. Ф. Фроленко. Исполкому подчинялось около 80 территориальных групп и около 500 самых активных народовольцев в центре и на местах, которым в свою очередь удалось объединить несколько тысяч единомышленников. Народовольцами было совершено 5 покушений на Александра II (первое — 18 ноября 1879). 1 марта 1881 г. император был ими убит.

После этого начались массовые аресты, завершившиеся серией судебных процессов («Процесс 20-ти», «Процесс 17-ти», «Процесс 14-ти» и др.). Казнь членов Исполкома «Народной воли» была довершена разгромом ее организаций на местах. Всего с 1881 по 1884 было репрессировано около 10 тысяч человек.

16 отколовшихся от «Земли и воли» и вошедших в «Черный передел» народников-«деревенщиков» (Плеханов, Засулич, Дейч, Аптекман, Я. В. Стефанович и др.) получили некоторую часть денежных средств и типографию в Смоленске, издававшую для рабочих и крестьян газету «Зерно» (1880—1881), но она вскоре также была разгромлена. Они продолжали вести работу среди военных, студентов, организовали кружки в Петербурге, Москве, Туле и Харькове. После ареста части чернопередельцев в конце 1881 — начале 1882, Плеханов, Засулич, Дейч и Стефанович эмигрировали в Швейцарию, где, ознакомившись с марксистскими идеями, создали в 1883 в Женеве группу «Освобождение труда».

В 1885 в Екатеринославе собрался съезд южных народовольцев (Б. Д. Оржих, В. Г. Богораз и др.). В конце декабря 1886 в Петербурге возникла «Террористическая фракция партии „Народная воля“» (А. И. Ульянов, П. Я. Шевырев и другие). Они были близки к марксизму — не признавали факта существования капитализма в России, ориентировались на рабочих — «ядро социалистической партии». Народовольческие и идейно близкие к ним организации продолжали действовать и в 1890-е в Костроме, Владимире, Ярославле. В 1891 в Петербурге работала «Группа народовольцев», в Киеве — «Южнорусская группа народовольцев».

В 1893—1894 «Социально-революционная партия Народного права» (М. А. Натансон, П. Н. Николаев, Н. Н. Тютчев и др.) поставила задачей объединить антиправительственные силы страны, но это ей не удалось. Среди революционной молодежи выросла популярность марксизма.

Во второй половине 1890-х небольшие народнические группы и кружки, существовавшие в Петербурге, Пензе, Полтаве, Воронеже, Харькове, Одессе объединились в Южную партию социалистов-революционеров (1900), другие — в «Союз эсеров» (1901). Их организаторами выступили М. Р. Гоц, О. С. Минор и др. — бывшие народники. В 1902 г. была создана Партия социалистов-революционеров, идеологией которой было народничество.

«Теория малых дел»

В 1880—1890-е годы популярность революционных идей уменьшилась. Стала популярной так называемая «теория малых дел». Сотрудник газеты «Неделя» Я. В. Абрамов в 1890-х утверждал, что задача интеллигенции — помощь крестьянству в преодолении трудностей рыночной экономики; при этом он указал на возможную форму такой практики — деятельность в земствах. Абрамов обращался к врачам, учителям, агрономам с призывом помочь собственным трудом положению русского мужика. По существу, Абрамов выдвинул идею деполитизированного «хождения в народ» под лозунгом осуществления малых дел ради народа.

С середины 1880-х главным печатным органом либеральных народников стал журнал «Русское богатство», издававшийся с 1880 артелью писателей (Н. Н. Златовратский, С. Н. Кривенко, Е. М. Гаршин и др.). С 1893 новая редакция журнала (Н. К. Михайловский, В. Г. Короленко, Н. Ф. Анненский) сделала его центром общественных дискуссий по вопросам жизни деревни.

Писатели, группирующиеся около журнала «Новое Слово» и главным теоретиком которых являлся В. П. Воронцов, который предлагал программу государственного регулирования экономики, при осуществлении которых крестьянское хозяйство могло бы приспособиться к товарно-денежным отношениям, сами себя не называли «народниками», но и не возражали, когда их так называют другие.

В 80-х и 90-х гг. развитию народнического настроения способствовали А. Н. Энгельгардт, с его увещаниями «сесть на землю», и Лев Толстой, с его опрощением, в основе которого лежит представление о нравственном превосходстве народа над образованными классами.

патологическая речь

В поэзии народников преобладали песни: переделки народных песен и оригинальные сочинения, гимны, агитационные стихи, политические послания. Есть пример поэмы: «Встреча» Н. А. Морозова (1880). В литературе народников обильно представлены газетные штампы, революционная образность, а также оформляется своеобразный политический новояз, который во многом сохраняется и до наших дней.

В группе С. Нечаева была предпринята первая попытка собрать ходившие в списках среди радикально настроенной молодежи революционные песни и стихотворения и напечатать их в подпольной или заграничной типографии. В 1870 г. этой группой в женевской типографии Чернецкого был отпечатан «Вольный песенник», вышедший двумя выпусками небольшого, удобного для тайного распространения формата. В сборник включены 27 песен и стихотворений, а также три короткие политические эпиграммы. Единственный экземпляр этого сборника- хранится в материалах ЦГИА, в коллекции нелегальных брошюр[4]:80.

Революционеры-пропагандисты нач. 1870-х гг. «выбрали форму народной песни как одно из важнейших действенных средств агитации среди крестьянства и рабочих, и расчет этот, как свидетельствуют мемуары, полностью оправдался. Песни революционного содержания распространялись во множестве списков как среди самих революционеров-пропагандистов, так и среди крестьян, правда, в меньшем количестве, ибо последние были почти поголовно неграмотными. В устной передаче песни распространялись среди простого народа довольно широко. Следует отметить, что песни имели гораздо больший успех у народа, чем прозаические сказки, к которым крестьяне относились несколько пренебрежительно»[4]:79.

В эпоху «хождения в народ» «такие задирательные противоправительственные песни (как „Барка“ Д. Клеменца. — Ред.) особенно соответствовали народному вкусу и вызывали в крестьянской публике неудержимый смех. Они тотчас заучивались и разносились присутствовавшими далее по деревням. Как далеко они распространялись, было трудно даже определить»[9].

«В заключительных стихах агитационных песен или стихотворений, как правило, рисуется картина будущего: то будущая победа над врагом, то общество будущего, как например, в стихотворении „К арестанту“ и многих других»[4]:168-169.

И на грудах костей твоих братий
Оснуется то царство любви,
Где не будет уж слышно проклятий,
Стонов жертв, затопленных в крови.

— Неизвестный автор. К арестанту (1877)

«Многие художественные приемы, используемые поэтами-народниками, роднят их произведения с революционными прокламациями», — отмечает Н. В. Осьмаков[4]:171. Агитационные стихотворения ("К судьям Боровиковского, «У гроба» Ольхина и др.) распространялись в виде листовок.

темы
мифы
ругательные слова
лозунги
  • Будь ты проклят, мир слез и несчастий, да погибнут в страшных мучениях анафемы человечества! (1871)[10]
  • В народ! (1-я пол. 1870-х гг.)
  • Да будет это маленькое кровопускание (убийство М. Каткова) началом наших грядущих событий[10]
  • Земля и воля! (1860-е гг.)
  • К топору зовите Русь (1860)[11]
  • Откликнитесь, честные люди, откликнитесь на ваших местах погибающему Парижу, чтобы умирая он знал, что дело его возобновят и также смело и геройски поведут вперед. Пусть наш скромный призыв будет началом этого отклика, — выступайте... на борьбу с окружающими разбойниками... к оружию! к оружию! (1871)[10]
  • Привет и братство и честный вызов вам, великие сподвижники свободы, счастия и мира (1871)[10]
  • Привет и братство, русские революционеры (1871)[10]
песни
  • Requiem (Не плачьте над трупами павших бойцов) Автор текста: Л. И. Пальмин (1865)
  • Барка Автор текста: Д. А. Клеменц
  • Вождь народа (Пропагандист) Автор текста: Г. Михайлов
  • Воля-матушка Автор текста: А. А. Навроцкий (1873)
  • Долго нас помещики душили (1873)
  • Дума ткача Автор текста: С. Синегуб
  • Железная дорога Автор текста: Н. А. Некрасов
  • Из-за матушки, за Волги Автор текста: Н. П. Огарев
  • Обманул нас царь свободой народники
  • Песня Еремушке Автор текста: Н. А. Некрасов
  • Рабочая Марсельеза.
  • Свободушка
  • То не на небе туча черная собиралася Автор текста: А. А. Навроцкий
  • Уже опять не бывать
  • Царь, дворяне да попы
  • Эх, товарищи любезны
мода

В 1864 году А. С. Никитенко записывает:

Все это милые нигилистки с остриженными волосами, в круглых шапочках с перышком[12].

Приметы нигилисток 1866 года:

Женщины, носящие круглые шляпы, синие очки, башлыки, коротко остриженные волосы и не носящие кринолинов[13].

источники



Сноски


  1. Гнатюк О. Л. Консервативный либерализм П. Б. Струве
  2.  Герцен, А. И. Россия // Собрание сочинений: В 30-ти т = La Russie (1849). — М.: Академия наук СССР, 1955. — Т. 6. — С. 204-205. — 150-223 с.
  3. Касторнов С. Н. Народники-реформисты о социальных и общественно-политических проблемах России второй половины XIX — начала ХХ вв.
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4  Осьмаков Н. В. Поэзия революционного народничества / отв. ред. В. А. Путинцев. — М.: Академия наук СССР, 1961. — 200 с. — 2 300 экз.
  5. В. А. Федоров. История России 1861—1917
  6. Революционные организации и кружки середины 1860-х — начала 1870-х годов: В. А. Федоров. История России 1861—1917
  7. Русское народничество 70-х — начала 80-х годов: В. А. Федоров. История России 1861—1917
  8.  Кони А. Ф. Воспоминания о деле Веры Засулич. — М., 1956.
  9. Морозов Н. А. Повести моей жизни. Т. 1. С. 113.
  10. 10,0 10,1 10,2 10,3 10,4 Виселица (периодический листок) сост. Н.П. Гончаров. СПб. 4 мая 1871 г.
  11. Русский человек. Письмо из провинции // Колокол. - 1860. - № 64.
  12. Никитенко. Дневник. Т. 2.
  13. Никитенко. Дневник. Т. 3.
НазваниеНародничество +