Мень Александр Вольфович/Патологическая речь

From Два града
Jump to: navigation, search

О. Александр Мень был выдающимся мастером патологической речи, автором ряда бестселлеров. Он творчески использовал многие штампы, мыслеформы массовой религии, писал в разнообразных литературных формах патологической речи:

  • религиозно-научно-историческая фантасмагория («История религии. В поисках Пути, Истины и Жизни»);
  • светский аналог Евангелия («Сын Человеческий»)
  • Словарь: Библиологический словарь.
  • проповедь;
  • притча (Сказка о происхождении человека (Сказка об уроде));
  • интервью.
теоретик патологической речи
  • Я потому и писал свою книгу на современном языке, потому избрал тот, а не иной метод, что для меня это было составной частью служения и диалога[1]:201.
  • В своих книгах я стараюсь помочь начинающим христианам, пытаясь раскрыть на современном языке основные аспекты евангельского жизнепонимания и учения. Наша дореволюционная литература, к сожалению, не всегда понятна нынешним читателям, а иностранные книги обращены к людям с психологией и опытом иными, нежели наши[1]:211.
языковая политика

Сторонник русификации православного богослужения:

…Я сторонник перехода на русский язык, но тут я не властен. Потому что я тут не один, и на меня все время охота идет в этом отношении. Каждое слово смотрят — чтобы я не нарушил предание старцев[1]:234.

В. Лично ваше мнение: русский язык за горами где-то или маячит?

О. Хотел бы, чтобы это дело было. Непросто, даже не верится, что пробьется. У нас был митрополит Никодим в Ленинграде. Он ввел по всему Ленинграду чтение Апостола на русском языке и еще кое-что. Он умер, перетрудившись, — его преемник все это поломал. Опять по-славянски зачирикали[1]:234-235.
язык обмирщения

Открытость миру • Открытость к миру и его проблемам[1]:226 • Служение в духе диалога.

Я плохо понимаю резкое деление на «светское» и «религиозное». Для меня это термины в высшей степени условные. Хотя в детстве мне объясняли, что есть «особенные» предметы и темы, но это скорей вытекало из условий жизни среди чуждых по духу людей. Постепенно это деление почти потеряло смысл, поскольку все стало на свой лад «особенным». Любая сторона жизни, любая проблема и переживание оказались непосредственно связанными с Высшим.

Жить так, чтобы «религия» оставалась каким-то изолированным сектором, стало немыслимым. Поэтому я часто говорю, что для меня нет, например, «светской литературы». Всякая хорошая литература — художественная, философская, научная — описывающая природу, общество, познание и человеческие страсти, повествует нам об одном, о «едином на потребу». И вообще нет жизни «самой по себе», которая могла бы быть независимой от веры. С юных лет все для меня вращалось вокруг главного Центра. Отсекать что-либо (кроме греха) кажется мне неблагодарностью к Богу, неоправданным ущерблением, обеднением христианства, которое призвано пронизывать жизнь и даровать «жизнь с избытком»[1]:222-223.

Модернист «рассматривает все прекрасное, творческое, доброе как принадлежащее Богу, как сокровенное действие благодати Христовой; — считает, что зараженность той или иной сферы грехом не может служить поводом для ее отвержения. Напротив, борьба за утверждение Царства Божия должна вестись в средоточии жизни»[1]:288.

темы

антиформализм
  • У нас (православных. - Ред.) — свои грехи: формализм, обрядоверие, слабое ощущение Евангелия, но нельзя отрицать то, что при всем том религиозность, вера подчас глубже, живее, сердечнее[1]:239.
грех
  • Первая, элементарная форма (зла. — Ред.) — это хаос, это всякое разложение, умерщвление, дезинтеграция. Это все то, что препятствует совершенствованию мира, совершенствованию жизни. Это смерть[2].
творчество
  • Если уж говорить о каких-то моментах особого подъема, то они связаны с Евхаристией, природой и творчеством. Впрочем, для меня эти три элемента нераздельны. Литургию всегда переживаю космически и как высшее осуществление даров, данных человеку (то есть творчества и благодати)[1]:223.

мыслеформы

штампы

ноосфера
Именно христианство создало учение о ноосфере[2].
Вернадский, конечно, прав: Бог создал ноосферу. Из неорганического мира, из литосферы и других сфер возникла биосфера. Они родственны, и то, и другое является материальным началом, состоит из молекул, атомов. Поэтому из неорганического сложилась органическая жизнь, биосфера. Но вот ноосфера не имеет аналогий нигде в природе. Духовное начало дано Богом земле, и таким образом создано человечество[2].
Его (В. И. Вернадского) учение о ноосфере как сфере духа вполне соответствует учению библейскому[2].
вектор
Всякая религия есть путь к Богу, догадка о Боге, приближение человека к Богу. Это вектор, устремленный снизу вверх. А явление Христа — это ответ. Это вектор, идущий с неба к нам[3].
риск
Перед лицом Творца человек только тогда является Его образом, когда он свободно и добровольно идет к Нему навстречу, когда он совершает прыжок через пропасть, когда он осуществляет, как говорил Блез Паскаль, риск веры, идя навстречу Ему[4].

Иди! Иди ты тоже, иди, но не бойся, зная, что кругом бушуют волны, зная, что тебя, может быть, ждет и одиночество. Ведь Петр пошел один, остальные ученики не пошли за ним. Они остались в лодке, смятенные и испуганные. И еще ему нужно было пойти на риск, потому что представьте себе: шагнуть в бездну, которая находится в постоянном движении. Брызги пены, темно и страшно... Броситься как будто бы в пустоту. Но он знал, что впереди Господь, и шагнул туда.

В этом риск нашей веры. Мы всегда должны идти на этот риск, потому что иначе сердце наше никогда не обратится к Господу по-настоящему. Только вперед, только вперед к Нему. И вот Петр пошел, и тогда, когда он смотрел не на волны, а смотрел на идущего впереди Господа, он шел по воде… [5]
Свобода обуславливает ответственность человека перед Богом, открывающим ему Свою волю. В этом даре сосредоточен своего рода «риск творения». Будучи свободным соучастником деяний Божиих, человек не должен быть жестко запрограммирован на добро[6].
соборность
Человек всегда стремился расширить свою душу, ему всегда было тесно в своих рамках, он хотел слиться с толпой, с народом, с природой. В этом стремлении есть что–то великое (хотя есть и отрицательное). Великое потому, что мы с вами гораздо более таинственные и объемные существа, чем нам кажется. И нам действительно оказывается тесно в этих рамках — только индивидуальных. Человек стремится к соборному охвату — и братьев, и сестер, и природы. И прежде всего человек стремится соединиться с Богом, слиться с Божественным — во всех формах[7].
солидарность
Солидарность между людьми, связь между людьми — это великий дар[2].
Человечество очень тесно связано между собой. Создан закон, который мы условно называем «законом солидарности»[8].
Священная искра, которую Творец заронил в людей, чтобы они превратили ее в живительное пламя любви и свободы, веры и творчества, милосердия и солидарности[6].

Теократия означает боговластие как высший идеал, чтобы в общество проникала священная идея солидарности, братства, духовности, ибо без духовности общество будет деградировать[7].

теологумен
  • Бог, Христос страдает в нас, мучается в нас и не только в нас, но и в каждом червяке. Это чувство позволяет соединить в одной точке Бога (страждущего) и его творения «людей и животных». О животных — это как бы теологумен. Но — внутренне достоверный[9].
  • Я никогда не защищал учений, которые были бы осуждены Церковью. В православии присутствует дух свободы и допускаются различия в так называемых «теологуменах», богословских мнениях. Но порой люди, которые забывают об этом, выдают неугодные им мысли за ересь[1]:268.
открытость
  • У матери Марии (схиигумения Мария (1879-1961). - Ред.) была черта, роднящая ее с оптинскими старцами и которая так дорога мне в них. Эта черта — открытость к людям, их проблемам, их поискам, открытость миру. Именно это и приводило в Оптину лучших представителей русской культуры. Оптина, в сущности, начала после длительного перерыва диалог Церкви с обществом[1]:201.
  • О. Николай Голубцов «дал мне еще один высокий образец „открытости“ к миру, служения в духе диалога. Под знаком этого диалога проходило и проходит мое служение в Церкви»[1]:201.
модель
  • Модель открытости приемлема для тех, кто твердо стоит на своей позиции, кто уверен в ней. Тот, кто не уверен, под кем нетвердая почва, — тот предпочитает закрытую модель, ему так удобнее[1]:279.

ругательные слова

идеология
изоляционизм
  • Модель открытости приемлема для тех, кто твердо стоит на своей позиции, кто уверен в ней. Тот, кто не уверен, под кем нетвердая почва, — тот предпочитает закрытую модель, ему так удобнее[1]:279.
формализм
  • У нас (православных. - Ред.) — свои грехи: формализм, обрядоверие, слабое ощущение Евангелия, но нельзя отрицать то, что при всем том религиозность, вера подчас глубже, живее, сердечнее[1]:239.
цезаропапизм
  • Цезарепапизм, родившийся еще в период первых вселенских соборов, все более завоевывал себе место в Византии.
юридизм
  • Об искуплении я едва ли скажу лучше, чем о. С. Булгаков и др. Но суть — в понимании тер­мина. Он означает «отпускание раба на свободу» и «приобретение (Богом) для Себя», в Свой удел. Уже этого достаточно, чтобы покинуть почву средневекового юридизма[9].
  • Схоластическое богословие, оказавшее влияние и на православную мысль, опираясь на некоторые выражения Евангелия и ап. Павла, создало теорию «сатисфакции», которая носила юридический характер. Эта теория рассматривала тайну спасения формально, по образу и подобию правовых отношений (удовлетворение гнева Божьего через искупительную смерть Христа, через добрые дела и заслуги верующих)[10].

афоризмы

Наши церковные перегородки до неба не доходят
  • Он (о. Александр Мень. - Ред.) любил цитировать слова владыки Платона, митрополита Киевского, умершего в 1891 г., говорившего, что «наши земные перегородки до неба не доходят»[11].
  • Я должен вам напомнить слова известного русского святителя митрополита московского Платона, который говорил, что наши вероисповедные перегородки до неба не доходят. Вы понимаете, что он хотел сказать: это земное, политика, история, культура, распри, до неба это не доходит — это земные перегородки[12].
Евангелие — основа жизни
  • Евангелие — основа жизни[1]:201.

лозунги

Мы и есть Церковь
Не следует полагаться ни на кого. Церковь — это мы. Мы сами. И не ждать чего-то от нее следует, а действовать самому[1]:206.

— о. Александр Мень, 1970-е гг.

патологический словарный запас

Автоматически, Автоматический, Антисемит, Апокатастазис, Апокатастасис, Беднейшие слои, Богосыновство, Богочеловеческий организм, Буква, Буквы, Вектор, Взаимообогащение, Взаимооткрытость, Взаимопознание, Взаимопомощь, Взаимопонимание, Взаимопроникновение, Взаимопроницаемость, Взаимослужение, Вселенскость, Всечеловек, Генетический, Гласность, Грядущее, Детство, Динамический, Женщина, Закодированный, Закрытый, Имманентный, Коллективный, Коренящийся, Космически, Модель, Набожность, Ноосфера, Общественный строй, Односторонне, Односторонний, Отвлеченный, Открытость, Открытость миру, Подсознание, Разделение, Разделения, Риск, Ритуал, Самозамыкание, Сверхрассудочный, Секуляризация, Ситуация, Соборный, Соединение, Солидарность, Сфера, Творчество, Теологумен, Трансцендентный, Узкопротестантский, Формализм, Цезаропапизм, Цезарепапизм, Цезаропапист, Целокупный, Ценности, Церковное обновление, Чудо, Эволюция, Эпоха, Юношеский, Юридизм, Юридический

источники



Сноски


  1. 1,00 1,01 1,02 1,03 1,04 1,05 1,06 1,07 1,08 1,09 1,10 1,11 1,12 1,13 1,14 1,15 1,16 1,17  Мень, Александр о. Александр Мень О себе... Воспоминания, интервью, беседы, письма / Сост. Наталия Григоренко, Павел Мень. — М.: ФИАМ; Жизнь с Богом, 2007. — 301 с. — 5 000 экз. — ISBN 978-5-903612-08-6.
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 Отец Александр Мень отвечает на вопросы слушателей / Ред. Владимир Илюшенко. — М.: ФИАМ, 1999.
  3. Быть христианином. Интервью 29 июля 1990 г. Макаров М. (сост.) - Протоиерей Александр Мень. Быть христианином. Интервью и последняя лекция - 1994.
  4. Мень, Александр о. Магия, оккультизм, христианство.
  5. Мень, Александр о. Проповеди по евангельским чтениям.
  6. 6,0 6,1 Мень, Александр о. Трудный путь к диалогу.
  7. 7,0 7,1 Мень, Александр о. Мировая духовная культура.
  8. Мень, Александр о. Быть христианином. Интервью и последняя лекция. 1994.
  9. 9,0 9,1  Мень, Александр о. Умное небо. Переписка с монахиней Иоанной (Ю. Н. Рейтлингер) / Издание осуществлено по заказу храма свв. бесср. Космы и Дамиана в Шубине. — М.: ФИАМ, 2002. — С. 418. — 5 000 экз. — ISBN 5-89831-019-9.
  10. Библиологический словарь.
  11.  Аман, Ив. Александр Мень. Свидетель своего времени / Вступ. ст. о. Г. Чистякова. Пер. Н. В. Гарской под редакцией автора. — М.: Рудомино; Mame, 1994. — С. 144. — 204 с. — 5 000 экз. — ISBN 5-7380-0070-6.
  12. Мень, Александр о. Радостная весть. М.: Вита-центр АО, 1991.