Номинализм (ругательное слово)

From Два града
Jump to: navigation, search
Номинализм
Popova tractor.jpg
Степень одобрения: ругательство
Тип: ругательные слова
Направление: массовая религия
Антонимы: символический реализм

ругательное слово, обозначающее разрыв между формой и содержанием. Антоним: «символический реализм».

Представители патологической речи остро ощущают разрыв между формой и содержанием, который необходимо присутствует во всякой разумной речи.

о. Александр Шмеман

О. Александр Шмеман противопоставляет «номинализму» свое мировоззрение, которое называет «символический реализм»:

Под номинализмом я понимаю особого рода отрыв форм церковной жизни от их содержания, от той реальности, чье присутствие, силу и значение они должны выражать и, как следствие такого отрыва, превращение форм в самоцель, когда само назначение Церкви видится в сохранении «древних», «веками освященных и прекрасных» форм, независимых от реальности, на которую они указывают. Такой отрыв, такой номинализм и в самом деле пронизывает всю церковную жизнь[1]:27-28.

О. Шмеман делает решительный вывод: «Первый аспект этого (церковного. – Ред.) кризиса – прогрессирующий номинализм литургической жизни и практики. Современная литургическая практика, несмотря на очевидный ее консерватизм и даже архаизм, едва ли выражает подлинную lex orandi (закон молитвы) Церкви»[1]:155.

О. Александр Шмеман ведет последовательную полемику против номинализма, которая заставляет его проводить различие между «богослужением времени» и реальным временем. Он возражает против того, что Литургия Преждеосвященных даров совершается не вечером:

О подобном и даже еще более откровенном номинализме литургической жизни (номинализме, не допускающем, например, как „неактуальную“, саму мысль об исконной связи вечернего богослужения с реальным вечером и следовательно, всего богослужения времени с реальным временем) я уже писал в другом месте (в книге «Великий пост». - Ред.)[1]:28.

О. Шмеман одобряет «православную приверженность форме», когда формы онтологически адекватны тому, что они представляют, «которая ни в коей мере не „случайна“, ибо берет начало в самом глубоком и свойственном именно Православию опыте Церкви как настоящей эпифании, как откровения и приобщения к той реальности, которая дана нам в символах именно потому, что она „не от мира сего“»[1]:28–29. И он не одобряет «символический номинализм», под которым понимает здравое учение об имени. Он осуждает «радикальное искажение символа, прогрессирующее его отделение от этой, равно как, по сути дела, и от всякой иной реальности. И именно потому, что символический реализм занимает такое существенное место в христианской вере, не должно быть места в Церкви никакому символическому номинализму»[1]:29.

В этом мировоззрении формы сообщают то, что обозначают. Отсюда верно и обратное: что не имеет такого видимого, ощутимого, доступного человеческому опыту символа, то и не существует. О. Александр Шмеман настаивает на отсутствии различия между формой и сущностью, образом и подобием:

Простейший способ описать раннехристианский подход к Таинствам — это сказать, что Церковь игнорировала различие в них «формы» и «сущности», и тем самым игнорировала вопрос, позднее ставший поистине проблемой литургического богословия. В ранней Церкви слова «подобие» и «образ», очевидно, относились к форме Крещения, то есть к погружению крещаемого в воду и его выходу из воды. Однако эта форма и есть то, что проявляет, сообщает и исполняет сущность, будучи самим явлением ее, так что слово «подобие», описывая форму, в то же время выражает сущность[2].

О. Шмеман приводит примеры «номинализма»:

Что означает реальный титул, относящийся к реальному местоположению (например, «епископ Нью-Йоркский»), когда он прилагается к юрисдикции над отдельной этнической группой или, точнее, народом «в изгнании», то есть людьми, явно не идентифицирующими себя ни с каким местоположением[1]:28.

Наделение смыслом считается о. Шмеманом удачным способом выхода из кризиса. Он предлагает наполнить «омертвелые» формы христианским содержанием. Акт этого «наполнения смыслом» – акт гностического преображения мира: «Тот же мир – его время и материя, его жизнь и самая смерть – становится „средством“ приобщения к Царству Божию, Таинством, то есть образом его явления и пребывания среди людей. „Все – ваше, а вы Христовы“. И здесь – христианское „да“ миру, ликующее подтверждение того, что „небеса и земля исполнены Славы Божией“»[1]:35-36.

о. Георгий Кочетков

О. Георгий Кочетков продолжает полемику о. Александра Шмемана против номинализма. Он настаивает на «необходимости избавляться от церковного формализма и номинализма»[3]:63.

Номинализм не допускается о. Кочетковым даже в отношении слов: все символы и знаки «могут применяться и использоваться лишь постольку, поскольку подлинно отражают наличную реальность»[3]:199.

Преодоление номинализма позволит восполнить недостатки церковного опыта: «Имеющиеся пока (по словам о. Г. Кочеткова - в течение тысячи лет. - Ред.) в нашей духовной жизни недостатки сакраментальной и мистериальной практики надо стараться „восполнять“, тщательно оберегая при этом все доброе из того, что в ней есть. Для этого надо смотреть на церковную жизнь не номинально, а реально, не путая того, что должно быть в ней и что в действительности есть. Стремиться же в церкви всегда нужно к актуализации полноты Духа и смысла»[3]:6.

Согласно теории патологической речи о. Георгия Кочеткова, внутрь преходящих форм человек вкладывает свой смысл, например, «достигая жизненной силы таинстводействий во всех главных моментах и процессах таинства»[3]:200. О. Кочетков называет этот процесс «воплощением смысла». Он пишет, ссылаясь на о. Шмемана «„Номинализму не должно быть места в церковной жизни“[4], то есть ничто в церкви, ни одно слово и ни одно дело не должны быть номинальными, не должны расходиться друг с другом и, главное, с тем Духом и смыслом, который в них должен быть воплощен»[3]:200.

в речи мастеров

Бердяев Николай Александрович, Кочетков Георгий Серафимович, Шмеман Александр Дмитриевич

источники



Сноски


  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 1,6  Шмеман, Александр о. Церковь, мир, миссия / Пер. Ю. С. Терентьева. — М.: ПСТБИ, 1996.
  2.  Шмеман, Александр о. Водою и Духом. О Таинстве Крещения = Sсhmemann, Aleksandr. Of water and the spirit. A liturgical study of baptism. Crestwood, N.Y.: St. Vladimir's Seminary Press. 1974 / Пер. И. З. Дьяковой. — М.: Паломник, 2001. — С. 66.
  3. 3,0 3,1 3,2 3,3 3,4  Кочетков, Георгий о. Таинственное введение в православную катехетику. Пастырско-богословские принципы и рекомендации совершающим крещение и мvропомазание и подготовку к ним. — М.: Свято-Сергиевский православный богословский институт в Париже, 1998. — 244 с. — 3 000 экз. — ISBN 5-89100-008-3.
  4.  Шмеман, Александр о. Евхаристия. Таинство Царства. — Paris: YMCA-Press, 1988. — С. 106.