Массовые действа

From Два града
Jump to: navigation, search
Массовые действа
праздник, празднество
1 мая в Пскове.jpg
Степень одобрения: похвала
Тип: символическое поведение
Направление: идеология, массовая культура, массовая религия

праздник, празднество - форма символического поведения в рамках антигосударства и больного общества. Разновидность патологической речи, мистики числа. Обычно свойственны оптимистическому гнозису.

определение

Массовое действо находится на границе между патологической речью и такой гностической деятельностью в первой реальности, как если бы она была второй реальностью.

Массовое действо, например, демонстрация, является не только действием, но и речью, поскольку толпа говорит сама себе, вождям или публике.

праздник

Массовое действо всегда вызывает праздничное чувство, которое по сути является гностическим опьянением. Уже в романтизме мы встречаемся с искусственно индуцированным эмоциональным подъемом:

«Восхищение поэта полнотой своей жизни побуждает его выражать, изображать и творить жизнь. Соответственно, значение поэзии состоит в том, что она расширяет жизнь читателя, доставляя ему наслаждение, которое в свою очередь является основным движущим началом во всех живых существах. И не следует считать такую цель поэзии как непосредственного источника наслаждения унизительной для искусства поэта. Все как раз наоборот... Это акт уважения к природному и чистому достоинству человека, к великому элементарному началу наслаждения, с помощью которого человек познает, ощущает, живет и движется. Поэтому Шиллер, как и Вордсворт, считает, что наслаждение ведет к радости, а высочайшая радость означает, что наше сознание полностью овладело своими жизненными силами. Любящий искусство, пишет Шиллер в 1803 г., должен искать наслаждения, потому что все искусство посвящено радости, и нет более высокого и более серьезного предназначения, нежели сделать человека счастливым. Подлинное искусство – вот что только и творит высочайшую радость. Но высочайшая радость – это и есть свобода духа, погруженного в жизнь»[1].

разновидности

идеология

Французская революция

Французская революция реализовала принцип саморазвлечения толпы, театра для самих себя, выдвинутый Жан-Жаком Руссо:

«Что же будет служить предметом (новых республиканских. – Ред.) зрелищ? Что на них будут показывать? Ничего, если хотите. Поставьте посреди площади шест, увитый цветами, соберите вокруг него народ, и у вас будет праздник. Сделайте еще лучше: выведите зрителей в зрелище; превратите их самих в актеров; пусть каждый видит и любит себя в других, для того, чтобы все соединялись крепче»[2].

Советская власть

Советское антигосударство выдвинуло широкий набор массовых действ: от парада до гуляний.

«Политические празднества, о которых пойдет речь, проводились почти исключительно в городах. В деревне не видывали мероприятий такого рода. Коммунистическая культура празднеств была урбанистской.

После победы Октябрьской революции было много праздников. Только в Петрограде между 7 октября 1918 г., революционным юбилеем и октябрем 1922 г. было отмечено в общей сложности 23 праздника, сопровождавшихся огромными затратами»[3].

массовые празднества в Петрограде 1918 - 1922 гг.
  • 7.11.1918: 1-я годовщина Октябрьской революции. Декоративное убранство города художниками-футуристами; Мистерия-буфф.
  • 11.3.1919: Свержение самодержавия. Праздник Свержения самодержавия, организованный Красноармейской театрально-драматургической мастерской.
  • 1.5.1919: 2-я советская маевка. Передвижные труппы и группы. «Петрушка» Луначарского.
  • 7.11.1919: 2-я годовщина Октября. Праздничные спектакли в театрах.
  • «Красный год!» в исполнении Красноармейской мастерской.
  • 22.1.1920: Кровавое воскресенье. «Кровавое воскресенье!» в Народном доме. (Красноармейская мастерская).
  • 23.2.1920: 2-я годовщина Красной армии. «Меч мира!» в цирке Чинизелли.
  • 18.3.1920: Парижская коммуна. «Гибель коммуны!» - красноармейский спектакль в оперном театре Нардома.
  • 1.5.1920: 3-я советская маевка. «Мистерия освобожденного труда!» у Фондовой биржи. Празднества в Летнем саду. Трамваи-театры. Разрушение ограды у Зимнего дворца. Посадка сада на Марсовом поле.
  • 20.6.1920: Открытие острова Отдыха. Зрелище «Блокада России!» в амфитеатре на Каменном острове.
  • 19.7.1920: 2-й Конгресс 111 Интернационала. Зрелище «К мировой коммуне» у Фондовой биржи.
  • 8.8.1920: Красносельский праздник. Массовое зрелище в Красносельских лагерях.
  • 7.11.1920: 3-я годовщина Октября. «Взятие Зимнего дворца!». «Коммунистические балы». Праздничные спектакли в театрах.
  • 22.1.1921: Кровавое воскресенье. «Инсценировки» в рабочих клубах.
  • 23.2.1921: День Красной армии. «Меч мира» в цирке Чинизелли.
  • 9.4.1921: 50-летие Парижской коммуны. «Инсценировки» в шести районах.
  • 1.5.1921: 4-я маевка. «Инсценировки». Присяга Красной армии.
  • 2.5.1921: День Парижской коммуны. Массовые зрелища на площади Восстания.
  • 7.11.1921: 4-я годовщина Октября. «Инсценировки» в рабочих клубах. «Дума об Октябре» в Центральной студии Губполитпросвета.
  • 22.1.1922: Кровавое воскресенье. «Три дня».
  • 18.3.1922: День Парижской коммуны. «Инсценировки» в Центральной студии и рабочих клубах.
  • 1.5.1922: 5-я маевка. «Инсценировка» во дворце Урицкоrо.
  • 16.7.1922: Июльские дни. «Инсценировка» в рабочих клубах.
  • 7.11.1922: 5-летие Советской власти. Праздник Конституции на площади Урицкого. Празднество «Победы» в Народном доме. Переименование заводов. Праздничные спектакли в театрах[4]:84.

Адриан Пиотровский выделяет следующие формы массовых шествий:

Заложенные в семнадцатом году основные формы массового шествия — демонстрация протеста, праздничная манифестация, революционные похороны, и массового собрания — митинг, сходка,— медленно вызревали в восемнадцатом и девятнадцатом году. Их зрелищная обрядность, в значительной своей части сложившаяся еще в годы первой революции и реакции, изменялась и усложнялась медленно[4]:56.

Впоследствии «к клубной „инсценировке“ прибавились „живая газета“, „литомонтаж“ и другие формы самодеятельного искусства»[4]:83.

Массовые празднества привязаны к календарю, в случае Советской России - к революционному календарю:

Постепенно устанавливались постоянные даты празднеств, т. н. Красный календарь. За первомаем в течение 18—19 года присоединились дополнительно «Кровавое Воскресение» (9/22 января), День Парижской Коммуны (18 марта), День Красной Армии (23 февраля), Память Июльских дней (3—16 июля), Октябрьская Годовщина (7 ноября). Установились традиционные центры праздничных шествий; сперва— Марсово поле (Поле Жертв Революции), а позднее и Дворцовая площадь (Площадь Урицкого). Но обрядовая сторона продолжала ограничиваться шествиями с оркестрами, знаменами и пением, и лишь маевка 1919 года внесла некоторое обновление: на поле Жертв Революции была воздвигнута наковальня, по которой ударяли (символическая присяга) вожаки проходящих колонн[4]:56.

Впоследствии «в красный календарь вошли две новые даты, день „Конституции Союза“ и траурный день смерти Ленина, но самодеятельные клубные кружки продолжали определять собою характер празднества»[4]:83.

роли, самоизображение

«В связи с вопросом о разделении „ролей", естественно, возникает вопрос о классификации игрового творчества. Как мы видели, одни занимаются чисто театральной работой, изображая и воплощая определенные образы и маски, — другие занимаются лишь демонстрацией своего постоянного труда. Последнее мы позволили себе назвать самоизображением»[5].

структура

«Обобщающей формулой течения демонстраций в изучаемых нами праздниках могут служить следующие пять моментов:1. Сбор на местах (до всего района включительно); 2. Шествие к центральному месту демонстрации; 3. Прохождение мимо трибун (в том числе и митинги у них); 4. Возвращение по местам (районам) и 5. Роспуск»[6].

иллюстрации

Ленинград. Трибуна на площади Урицкого 1 мая 1931 г.

массовая культура

массовая религия

В массовой религии массовые действа принимают формы, не сильно отличающиеся от массовой культуры и идеологии.

Действа имеют своих пропагандистов среди представителей массовой религии. В частности, о. Александр Шмеман предлагал всестороннюю апологию праздника, понимая светским образом церковные праздники.

Радость праздника Крещения о. Шмеман находит «в космическом переживании мира»[8]:137. О праздниках Пасхи и Пятидесятницы о. Шмеман рассуждает как о «натуральных»: «Да, оба праздника возникли, как праздники „натуральные“: один – как праздник весны и весеннего воскресения природы, другой – как праздник первых плодов... Они выражали саму сущность праздника, как радости человека о жизни. Они торжественно отмечали очередное „восстание“ мира из зимней смерти – к жизни»[9].

О. Шмеман с подъемом сообщает, что всякий, именно всякий, праздник рождается из чувства свободы и одновременно выявляет, воплощает и выражает эту глубинную человеческую жажду свободы: «Праздник – всякий праздник, а особенно, конечно, религиозный – рождается из чувства свободы и одновременно выявляет, воплощает и выражает эту глубинную человеческую жажду свободы. Я говорю про свободу не внешнюю только – политическую или там свободу труда, а про ощущение самой жизни как свободы. На деле ведь, и это составляет первичный опыт человека, – все в мире, все в жизни так или иначе связывает нас, подчиняет чему-то, сковывает. Человек – раб времени, раб пространства, раб своей наследственности, своей физической конституции, климата, условий, в которых он живет, раб, наконец, неуловимого течения жизни к неизбежному концу»[8]:113-114.

Христианство, считает о. Шмеман, легче всего понять через праздники: «Если действительно человек лучше всего и чище всего выражает себя именно в праздновании, в радости, если действительно религия есть прежде всего радость о Боге и потому – праздник, то и Христианство легче понять через его радость и праздники, чем через отвлеченные догматические и богословские формулы»[8]:104. Мысль о. Ш. состоит в том, что Христианство, как чисто человеческая деятельность, легче всего познается через человеческую радость, потому что радость лучше всего рассказывает нам о человеке.

О Преображении и Крещении Господнем о. Шмеман утверждает, что Церковь ничему не учит по поводу этих праздников, а «просто празднует»: «На вопрос о смысле этого прославления Церковь отвечает не объяснениями, а самим празднованием, той радостью, с которой она каждый год вспоминает Преображение. Одно слово доминирует в этом праздновании, во всех его молитвах, песнопениях, чтениях. Слово это – свет»[8]:219.

Чисто человеческая радость от всякого праздника с некоторой натяжкой становится самодоказывающей: «Не может быть, чтобы все это было просто выдумкой! Не может быть, чтобы столько веры, столько радости, столько света – вот уже почти две тысячи лет – было бы только бегством, миражом. Может ли мираж длиться веками? Ответ это, конечно, веский, но еще не окончательный. И надо прямо сказать, что окончательного, общеобязательного ответа, такого, который можно было бы напечатать в виде научного объяснения пасхальной веры, – такого ответа нет»[8]:185[10]:53.

«Вот в темноте раздается первое „Христос воскресе!“ Вот гулом тысячи голосов прокатывается в ответ: „Воистину воскресе!“ Вот открываются врата храма, и льется оттуда свет, и зажигается, и разгорается, и сияет радость, которой нигде и никогда нельзя испытать, как только тут, в этот момент. „Красуйся, ликуй...“ – откуда же эти слова, откуда этот вопль, это торжество счастья, откуда это несомненное знание? Действительно, „блаженны не видевшие и уверовавшие“. И вот тут-то это как раз и доказано и проверено. Придите, прикоснитесь, проверьте и ощутите и вы, маловерные скептики и слепые вожди слепых!»[10]:54. Такое прикосновение к коллективной человеческой радости не может служить доказательством истинности Христова учения, потому что праздник и радость, согласно самому о. Шмеману, доступны абсолютно всем людям.

«Может быть, вместо того, чтобы писать плоские брошюры, из которых следует, что несколько столетий самая грубая ложь владела почему-то жизнью людей, стоит постараться понять эту удивительную, органическую ткань праздников, дающих каждому времени года свою особенную окраску, свою особенную глубину? Свет Рождества, светлая печаль Поста, из которой подспудно, незаметно растет радость Пасхи, летом и солнцем наполненные праздники Вознесения и Троицы, августовская, предосенняя глубина Преображения и Успения. Выдумки? Обман? Миф? Допустим. – Но почему же не попытаться понять, что за ним стоит некий глубокий подход к жизни? Ведь одно ясно – человек не может жить без праздника и без празднования»[8]:101. Впрочем, для о. Шмемана любой человек не может жить без всякого праздника, а не непременно церковного.

О. Шмеман настаивает: «Поэтому, повторяю, не нужно развенчивать и обличать праздники как религиозную выдумку и обман, а нужно задуматься над самим фактом праздника и празднования в человеческой жизни, над их значением для человека»[8]:101-102.

источники

  • Агитационно-массовое искусство. Оформление празднеств: В 2-х т. / Авт.-сост. И. М. Бибикова, Н. И. Левченко. — М.: Искусство, 1984. — (Сов. декор. искусство. Материалы и документы, 1917-1932).
  • Агитационно-массовое искусство первых лет Октября. Материалы и исследования / Ред. Е. А. Сперанская. — М.: Искусство, 1971. — 223 с.
  •  Вершилло, Р. А. Мировоззрение протоиерея Александра Шмемана / Ред. Игорь Рысин. — М.: Антимодернизм.Ру, 2015. — (Богословский модернизм в идеологии Нового времени).
  •  Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926.
    •  Авдеев, А. Д. Октябрь 1924 года // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926.
    •  Извеков, Н. Е. Массовые празднества Ленинграда 1924-25 г. // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — 85-95 с.
    •  Ласточкин, Н. А. 8-я годовщина Октября - 1925 г. Художественное оформление праздника // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — 162-181 с.
    •  Пиотровский, А. И. Хроника Ленинградских Празднеств 1919-22 // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — 53-84 с.
  •  Рольф, Мальте. Советские массовые праздники = Das Sowjetische Massenfest / Пер. В. Т. Алтухова. — М.: РОССПЭН, М.. — 439 с. — (История сталинизма). — ISBN 978-5-8243-1086-3.
  •  Пиотровский, А. И. К теории «самодеятельного театра» // Из истории советской науки о театре. 20-е годы. Сборник трудов / Сост., общ. ред., коммент. и биографич. очерки С. В. Стахорского. — М.: ГИТИС, 1988.
  •  Тьерсо, Жюльен. Празднества и песни Французской революции = Julien Tiersot. Les Fêtes et les chants de la Révolution française. — Пг.: Парус, 1917.
  •  Geldern, James von. Bolshevik festivals, 1917-1920. — Berkeley: University of California Press, 1993. — ISBN 9780520076907.


Сноски


  1.  Abrams, M. H. Natural supernaturalism. Tradition and revolution in romantic literature. — New York: W. W. Norton, 1971. — P. 433.
  2.  Тьерсо, Жюльен. Празднества и песни Французской революции = Julien Tiersot. Les Fêtes et les chants de la Révolution française. — Пг.: Парус, 1917. — С. 23.
  3.  Плаггенборг, Шт. Революция и культура = Stefan Plaggenborg. Revolutionskultur. Menschenbilder und kulturelle Praxis in Sowjetrussland zwischen Oktoberrevolution und Stalinismus / Пер. Ирины Карташевой. — СПб.: журнал «Нева», 2000. — С. 290. — 416 с. — ISBN 5-87516-190-6.
  4. 4,0 4,1 4,2 4,3 4,4  Пиотровский, А. И. Хроника Ленинградских Празднеств 1919-22 // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — 53-84 с.
  5.  Ласточкин, Н. А. 8-я годовщина Октября - 1925 г. Художественное оформление праздника // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — С. 168. — 162-181 с.
  6.  Извеков, Н. Е. Массовые празднества Ленинграда 1924-25 г. // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — С. 88. — 85-95 с.
  7. Воспитанники молодежных православно-патриотических организаций прошли торжественным маршем по территории Патриаршего Подворья в Москве. Архиепископ Костромской и Галичский Александр, руководитель синодального Отдела по делам молодежи, отслужил пасхальный молебен о народе, властях и воинстве перед иконой Георгия Победоносца, память которого отмечалась накануне. Затем состоялся вынос знамени России, прозвучал государственный гимн. Идея проведения парада получила благословение Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. В нем приняли участие дети из Москвы, Подмосковья, Нижнего Новгорода, Костромы, Воронежа и других городов Парад детских и молодежных организаций «На страже Родины» прошел в Москве // Патриархия.ru. – 2005. – 7 мая. – Дата обращения: 9.12.2016.
  8. 8,0 8,1 8,2 8,3 8,4 8,5 8,6  Шмеман, Александр о. Воскресные беседы. — Paris: YMCA-Press, 1989.
  9.  Шмеман, Александр о. За жизнь мира = Schmemann, Alexander. For the life of the world. New York: National Student Christian Federation, 1963 / Пер. Ларисы Волохонской. — New York: Religious Books for Russia, 1983. — С. 51.
  10. 10,0 10,1  Шмеман, Александр о. Проповеди и беседы. — М.: Паломникъ, 2003.