Разрыв интеллигенции с народом (миф)

Материал из Два града
Перейти к: навигация, поиск
Данная статья является незавершённой и находится в процессе доработки.

Разрыв интеллигенции с народом
раздвоение между правительством и народом
Arrest of a Propagandist.jpg

Дата: XIX - XX век
Тип: миф
Направление: славянофильство, народничество, массовая религия, марксизм
Употребление:
Устойчивые сочетания:

Патологическая речь

раздвоение между правительством и народом (XIX - XX век) - один из мифов о разрыве. На русской почве появляется впервые у славянофилов. Служит для борьбы с дуализмом, с романтическим ощущением разрыва человека с народом, историей. Хождение в народ было активистской попыткой преодолеть разрыв. Другими средствами преодоления считались гностическое образование, пропаганда и массовые действа.

В XIX веке русская интеллигенция призывала к слиянию с народом, то есть к тому, чтобы народ сам себя лечил, сам себя обучал. В XX веке неудовольствие интеллигенции вызвало то, что в советском обществе так и стало происходить уже в 1930-е гг.

славянофильство

Безусловная преданность Православию, конечно, не такому, каким оно с примесью византийства и католичества являлось у нас в лице и устах некоторых наших иерархов, но Православию Святых отцов нашей Церкви, основанному на вере с полной свободой разума, любовь к народу русскому, высокое о нем мнение и убеждение в том, что изучение его истории и настоящего быта одно может вести нас к самобытности в мышлении и жизни, - составляли главные и отличительные основы и свойства образа мыслей Хомякова... Мы чувствовали потребность большей жизненности в науке и во всем нашем внутреннем быте и... все мы ощущали и сознавали необходимость прекращения разрыва интеллигенции с народом, - разрыва, вредного для обоих, равно их ослаблявшего и препятствовавшего самостоятельному развитию России[1].

— А. И. Кошелев

Федор Достоевский

Федор Достоевский предрекал «огромный переворот, которому предстоит совершиться мирно и согласно во всем нашем отечестве, хотя он и равносилен, по значению своему, всем важнейшим событиям нашей истории и даже самой реформе Петра»:

Этот переворот есть слитие образованности и ее представителей с началом народным и приобщение всего великого русского народа ко всем элементам нашей текущей жизни, — народа, отшатнувшегося от Петровской реформы еще 170 лет назад и с тех пор разъединенного с сословием образованным, жившего отдельно, своей собственной, особенной и самостоятельной жизнью[2].

марксизм

Согласно теоретикам советского масскульта, в массовых празднествах русской революции «изживалась разобщенность современного капиталистического общества, сменяясь единением в мощном коллективе трудящихся»[3].

Синтетический характер наших празднеств давал широкий простор зарождению из недр революционного быта музыки, песни, слова, новых зрительных образов и новых форм праздничного единения, причем искусство не разъединяло, а напротив, сближало каждого участника с жизнью, охватывая ее во всей полноте политического и социального бытия. Именно здесь, на массовых празднествах, преодолевался тот разрыв с народными массами, который определил аристократический характер искусства буржуазного общества и завел его в тупик эстетизма и бесплодного формализма[3].

богословский модернизм

Разрыв между богословием и благочестием является разновидностью мифа о разрыве между интеллигенцией и народом:

В истории русского богословия чувствуется творческое замешательство. И всего болезненнее был этот странный разрыв между богословием и благочестием, между богословской ученостью и молитвенным богомыслием, между богословской школой и церковной жизнью. Это был разрыв и раскол между «интеллигенцией» и «народом» в самой Церкви[4].

— о. Георгий Флоровский

источники



Сноски


  1.  Кошелев, А. И. Записки. — М.: МГУ, 1991. — С. 87.
  2.  Достоевский, Федор. Объявление о подписке на журнал «Время» на 1861 год // Полное собрание сочинений: В 30-ти т. — Л.: Наука, 1978. — Т. 18. — С. 35.
  3. 3,0 3,1  Гвоздев А. А. Массовые празднества на Западе // Массовые празднества. Сборник Комитета социологического изучения искусств. / Сост. Н. Е. Извеков. — Л.: Academia, 1926. — С. 9. — 5–51 с.
  4.  Флоровский Георгий о. Пути русского богословия / По заказу Вильнюсского православного епархиального управления. — Вильнюс, 1991. — С. 502.