Творчество (гностическое)

Материал из Два града
Перейти к: навигация, поиск
Дерзать, искать, творить! Советский плакат.

креативность - свободное творение из ничего по образу Божию. Разновидность синергии, проявление болезни многоделания.

этимология

«Среди слов, которые и по своему морфологическому облику, и по смысловой структуре, и даже по непосредственному впечатлению напоминают церковнославянизмы, — много литературных русских новообразований ХVIII и XIX веков. Таково слово — творчество, соотносительное со словами творец, творческий...

М. Горький писал в статье „О пьесах“: „Не совсем уместно и слишком часто молодые литераторы употребляют громкое и тоже не очень определенное церковное словцо — «творчество»“ (Горький, О лит-ре, 1937, с. 151). В „Беседах о ремесле“: „Прежде всего очень советую начинающим поэтам и прозаикам выкинуть из своего лексикона аристократическое, церковное словечко — «творчество» и заменить его более простым и точным: работа“ (там же, с. 243). В статье «О прозе»: «Особенно часто и резко эта слабость заметна в области литературной работы, которую у нас принято именовать туманным и глуповатым словцом — "творчество". Я думаю, что это — вредное словечко, ибо оно создает между литератором и читателем некое, — как будто, — существенное различие: читатель изумительно работает, а писатель занимается какой-то особенной сверхработой — "творит". Иногда кажется, что словцо это влияет гипнотически и что есть опасность выделения литераторов из всесоюзной армии строителей нового мира в особую аристократическую группу "жрецов" или — проще говоря — попов искусства» (там же, с. 119).

Между тем слово творчество вовсе не является церковнославянизмом. М. Горький в своей оценке смыслового строя этого слова исходил из непосредственного ощущения его связи со словом творец...

Слово творчество, обозначающее в современном литературно-книжном языке, в его торжественных стилях, процесс созидания или производства каких-нибудь культурных, исторических ценностей, а также результат этого процесса, совокупность созданного, сотворенного кем-нибудь, является продуктом предромантической эпохи. Оно возникло или в самом конце XVIII, или в самом начале XIX века.

А. С. Шишков в «Мнении моем о рассматривании книг или цензуре» (1815) возражал против применения «таких новоязычных слов, как отборностъ, безвкусность, разумность, значимость, животность, творчество и тому подобных» (Записки, мнения и переписка адмирала А. С. Шишкова. Berlin, 1870, т. 2, с. 51). Таким образом, вполне привычные для нас литературные слова разумность, творчество, значимость — казались в начале XIX в. излишними неологизмами, образованными на немецкий лад (ср. Schopfer — творец, Schopfung — творчество; ср. франц. createur, creation, creatrice).

Характерно, что слово творчество не включено даже в словарь 1847 г. В предшествующих лексиконах его и подавно нет. В словаре 1847 г. отмечены лишь слова: творец (со значениями: «1) Бог, создатель мира... 2) церк. Производитель, исполнитель... 3) Сочинитель»), творить (делать, производить), творческий (принадлежащий, свойственный творцу) (сл. 1847, 4, с. 273—274)...

Можно думать, что особенную активность слово творчество приобретает в языке любомудров 20—30-х годов. У Н. В. Станкевича в письме Я. М. Неверову (от марта 1833 г.: «Моя метафизика»): «Жизнь природы есть непрерывное творчество и хотя все в ней рождающееся умирает, ничто не гибнет в ней, не уничтожается, ибо смерть есть рождение» (Западники 40-х г., с. 22). У В. Г. Белинского в статье «И мое мнение об игре г. Каратыгина» («Молва», 1835, № 18, с. 289): «Я сценическое искусство почитаю творчеством, а актера самобытным творцом, а не рабом автора»...

В письме Гоголя к П. А. Плетневу «О Современнике»: «Способность вымысла и творчества есть слишком высокая способность и дается одним только всемирным гениям, которых появленье слишком редко на земле...». У Ф. М. Достоевского в статье «Г-н -бов и вопрос об искусстве» (1861): «...творчество... основание всякого искусства живет в человеке как проявление части его организма, но живет нераздельно с человеком»... У К. С. Станиславского: «Творчество есть прежде всего — полная сосредоточенность всей духовной и физической природы» (Станиславский, с. 531)» [1].

В символизме и православном модернизме «творчество» воскресает в своем первоначальном гностическом естественно-сверхъестественном смысле.

Например, у Дмитрия Мережковского «истинной» Православной Церкви приписывается «безграничная свобода внутреннего мистического откровения; признание того, что полнота Христовой истины и благодати не исчерпана и никогда не может быть исчерпана никакими внешними историческими формами, догматами и преданиями церкви, что неиссякающий источник истины и благодати есть сам Христос, не только пришедший, но и грядущий в обетованном Духе Утешителе („Не оставлю вас сирыми, пошлю вам Духа Своего“), и отсюда возможность бесконечного внутреннего движения, развития, творчества, хотя бы помимо всех внешних исторических форм, помимо всех догматов и преданий церкви» [2].

определение

Как Бог свободно сотворил мир из ничего, так гностик творит из ничего собственный мир (вторую реальность).

Абсурдные действия гностиков в области политики, культуры или реформы Церкви разворачиваются в сфере реальной жизни, но их подлинная жизнь (по их ощущениям) укоренена в несуществующем мире ином, в утопии. В этой второй реальности идеолог считает себя полным хозяином своей судьбы, новым творцом, который творит из ничто свои творения, уродливые, как он сам, творит самого себя. Такое творение есть в то же время спасение.

Суть массовых гностических движений состоит в наделении массового человека грандиозной творческой силой при соразмерной безответственности за происходящее. Вооруженные массовыми идеологиями глупцы получили возможность творить такое зло, которое бесконечно превышает их моральный кругозор. Даже будучи лично честными и скромными людьми, они смогли убить миллионы людей, поработить и обездолить душу и тело сотен миллионов.

Для гностика, считающего себя христианином, в Христианстве, в Церкви человек абсолютно свободен от порядка, от закона веры. На самом деле это означает, что человек свободен от Христианства, от Церкви:

Все зависит от тебя, от того внутреннего решения, которое только ты один можешь принять и осуществить, судьба всего мира в каком-то смысле зависит от тебя, от твоей внутренней свободы, чистоты, красоты, совершенства. Все в этом мире, следовательно, бесконечно лично, и, таким образом, творцом исторического процесса является личность» [3]:56.

— о. Александр Шмеман

многоделание

Через многоделание творчество становится средством спасения мира: «Человек обладает телом, через которое он связан с космосом, с природой, что составляет не только слабость, но и силу его. Через тело ему дается возможность соприкасаться со всеми ступенями бытия, понимать их, одухотворять и преображать. То, что человек включает в себя низшие ступени бытия, делает его свободу творческой свободой» [4].

творчество как светская добродетель

Творчество считается светской добродетелью и в этом смысле долгом человека. Как это кратко выражает Николай Бердяев: «Личность должна совершать самобытные, оригинальные, творческие акты, и это только и делает ее личностью, составляет ее единственную ценность» [5]:14. Он отказывает личности в существовании независимо от творческих актов.

творчество и оптимизм

М. Абрамс указывает: «Как в традиционном Христианстве осуждается отчаяние, так и для романтиков отчаяние осуждается за то, что оно порождает творческое бесплодие. Пребывать в апатии и утратить надежду значит находиться в состоянии, которое Кольридж называет „смерть-в-жизни“. Питать надежду (по Кольриджу, надежда – это „витальность и целостность нашего Существа“) – это основной моральный долг, без которого мы обречены на погибель. Надежда, открытая новым возможностям, высвобождает творческие силы человека, его воображение и действие... „Давайте же, – сказал Шелли, – верить в такой оптимизм, в котором мы будем богами для самих себя“» [6].

несовершенство творения

Гностики разных направлений исходят из незавершенности и несовершенства творения. По словам одного из романтиков, «совершенный Бог уничтожил бы Свое творение. Ведь совершенство означает, что дальнейшее развитие и творчество невозможны» [7].

Николай Бердяев из учения о несовершенстве сотворенного Богом мира [8] делает вывод о том, что «творчество не есть только борьба со злом и грехом – оно создает иной мир, продолжает дело творения. Закон начинает борьбу со злом и грехом, искупление завершает эту борьбу, в творчестве же свободном и дерзновенном призван человек творить мир новый и небывалый, продолжать творенье Божье» [9].

демонизм

Гностическое творчество возможно только как состояние одержимости, когда человек становится больше самого себя, переходит границы своего личного существования. И тогда он уже не говорит, не живет и не действует, а за него говорит язык, живет жизнь и действует демон.

Согласно о. Павлу Флоренскому, «жизнь бесконечно полнее рассудочных определений, и потому ни одна формула не может вместить всей полноты жизни. Ни одна формула, значит, не может заменить самой жизни в ее творчестве, в ее ежемоментном и повсюдном созидании нового» [10].

Гностическому творчеству мешает Христианство, и более всего Искупление:

Превращение Голгофской правды искупления в силу враждебную творческому откровению о человеке есть грех и падение человеческое, рождающее мировую религиозную реакцию, задержку всеразрешающего конца мира, создания нового неба и новой земли [9].

Николай Бердяев

И понятно почему: «Из откровения об искуплении нельзя вывести прямым путем откровения о творчестве»[9].

опыт

Опытное творчество масс обобщается идеологом: «Величайшая заслуга Ленина состоит в том, что в своих трудах он разработал конкретную программу социалистического строительства, выработал принципы советского хозяйствования, обобщая опыт трудящихся масс в творчестве новой жизни» [11]. По словам самого Ленина, «жизнь — лучший учитель, а она укажет, кто прав, и пусть крестьяне с одного конца, а мы с другого конца будем разрешать этот вопрос. Жизнь заставит нас сблизиться в общем потоке революционного творчества, в выработке новых государственных форм. Мы должны следовать за жизнью, мы должны предоставить полную свободу творчества народным массам» [12].

коллективное творчество

Творчество в церкви, однако, носит и еще один отличительный признак. Оно никогда не индивидуально. Церковь может принять лишь те творческие достижения отдельных своих членов, которые приемлются общецерковной психологией. Здесь отдельное дерзание, отдельный взлет, отдельное зачинание как бы обволакиваются сопониманием, кон-симпатией всей церкви. Творчество в церкви подобно творчеству «Илиады» или «Одиссеи», автора (авторов) которых мы в сущности не знаем. Один запоет — и тотчас подхватывают иные, новые, многочисленные, любящие голоса. Творчество в церкви никогда не монофония, но всегда полифония. Только то творчество действительно ценно, что заставляет дрожать, консонировать все струны арфы церкви, петь все ее атомы[13].

Александр Введенский

идеологии

Наряду с творчеством художественным и религиозным в гностицизме приветствуется идеологическое творчество.

Николай Бердяев признает переход к Новому средневековью «революцией духа и творческим движением вперед», а фашизм - «единственным творческим явлением в политической жизни современной Европы» [14].

Масса творит вместе с идеологами «великие дела»:

Арендт пришла к выводу, что привлекательность тоталитарных движений и режимов — это не миф, созданный правителями. Скорее всего, утверждает Арендт, власть „уверена, что мы сами склонны подчиняться насилию“. Недавние исследования показали, что именно подобные побуждения и приводят людей к активному участию в „великих делах“ своих режимов, и именно здесь проявлялось „истинное лицо“ многих из тех, которые приняли (а может, и поддерживали) такие режимы. По нашему мнению, подобные побуждения представляют собой центральный момент понимания как производительного, так и, в еще большей степени, разрушительного потенциала данных режимов, что необходимо, соответственно, для понимания того эмоционального подъема, который определял их внутреннюю динамику[15]:349–350.

марксизм

В сочинениях Владимира Ленина возвеличивается «историческое творчество масс», то есть классов. Предисловие к 35-му тому пятого изд. Полного собрания сочинений Ленина сообщает о его «горячей вере в творческие силы масс, разбуженных революцией» [11]. Эта вера сделала его «государственным деятелем нового, социалистического типа. Это был первый в истории человечества руководитель государства, глубоко верящий в творческие силы народа, тесно связанный с самыми широкими массами трудящихся, пользующийся их беспредельным доверием и поддержкой» [16].

Ленин «призывает самые массы к творчеству лучших форм жизни... Только тот победит и удержит власть, кто верит в народ, кто окунется в родник живого народного творчества» [17].

Ленин говорит о пролетарском «историческом творчестве» (творении истории), о «революционном творчестве».

Он перечисляет образцы «творчества» рабочих Англии, Франции и Германии: «Рабочие этих стран оказали наибольшие услуги делу прогресса и социализма: и великие образцы чартистского движения в Англии, ряд революций, имевших всемирно-историческое значение, совершенных французским пролетариатом, наконец, в геройской борьбе против исключительного закона в Германии и образцовой для рабочих всего мира длительной, упорной дисциплинированной работе создания массовых пролетарских организаций Германии» [18].

Ленин говорит о «творчестве новой жизни», «новых» и «лучших форм жизни», что и составляет «творческий социализм»:

Издавая законы, идущие навстречу чаяниям и надеждам широких народных масс, новая власть ставит вехи по пути развития новых форм жизни. Советы на местах, сообразно условиям места и времени, могут видоизменять, расширять и дополнять те основные положения, которые создаются правительством. Живое творчество масс — вот основной фактор новой общественности... Социализм не создается по указам сверху. Его духу чужд казенно-бюрократический автоматизм; социализм живой, творческий, есть создание самих народных масс [19].

Революция «выводит трудящихся на дорогу самостоятельного творчества новой жизни» [20].

Клара Цеткин говорит на XIII съезде РПК(б) о «творческой воле построить на земле вашей родины новый, всеобъемлющий мир коммунизма, с его могущественными богатыми возможностями» [21].

работник

В марксизме человек-творец - это не только идеолог, но и прежде всего работник.

То-то родится в усильях железных, то-то взойдет и возвысится, гордо над миром взовьется, вырастет новый, сегодня не знаемый нами, краса-восхищенье, первое чудо вселенной, бесстрашный работник - творец-человек[22].

Алексей Гастев. Рельсы (1913 г.)

Пролетарий:

Творец мирового труда
И гражданин всей вселенной!..

— Самобытник (А. И. Маширов). Пролетарий

Слова Ленина о живом творчестве масс становятся лозунгом, переходя в массовую культуру постсоветского времени [23].

примеры
  • Трудящиеся, создающие все материальные блага, являются подлинными творцами истории[24].
  • Превращение личности в подлинного творца истории[25].
лозунги
Да здравствует гений всемирных чудес, могучий творческий труд [26]
Творить для народа, во имя коммунизма
Творческие силы социализма - беспредельны!
Творчество масс
Теперь мы сами творцы своей жизни
Шире дорогу творцам нового!

национал-социализм

«Воспоминания о том времени дают основания полагать, что молодые активисты - члены нацистских молодежных организаций уделяли больше внимания своим верховным лидерам и в целом „великому делу“, чем взаимоотношениям со своими ровесниками» [15]:358.

герметизм

Ум, Отец всего сущего, который есть жизнь и Свет, породил Человека, подобного Ему Самому, и возлюбил его, как Собственное дитя. Своею красотою Человек воспроизводил образ Отца; Бог действительно полюбил свое подобие и отдал Человеку все Свои творения.

Но Человек, увидев в огне плоды творения Демиурга также возжелал творить и получил на это позволение Отца. Войдя в мир творчества, где ему была дана полная власть, он увидел творения своего брата, а Управители полюбили его, и каждый из них дал ему часть своей природы. Тогда, познав их сущность и причастившись их природе, он возжелал преодолеть границы кругов и возвыситься над могуществом того, кто властвует над огнем.

И сей властитель мира и существ смертных и бессловесных через всеобщие связи и крепкое устройство кругов, показал Природе, находящейся внизу, прекрасный образ Бога. Пред этой чудесной красотой, где все энергии семи Управителей были соединены в форму Бога, Природа улыбнулась от любви, узрев отражение благолепия Человека в воде и его тень на земле. И он, увидев в Природе изображение, похожее на него самого, — а это было его собственное отражение в воде, — воспылал к ней любовью и возжелал поселиться здесь. В то же мгновение, как он это возжелал, он это и совершил и вселился в бессловесный образ» [27].

массовая культура

Реклама «Творческой мастерской „Живописный Цех“» (СПб., 2017 г.)
лозунги
  • Мы не заставим вас копировать! Творчество начнется с первого занятия![28]

массовая религия

Религиозное творческое воображение, которое способно открывать для себя новые реальности в материальном и духовном мире, является одним из четырех признаков западного эзотеризма[29].

В Нью-Эйдж творчество (креативность) противопоставляется послушанию[30].

Церковная реформа

Церковная реформа, в частности в Русской Православной Церкви, проходит во имя развития самодеятельности человека в Церкви, его творчества в Ней: «Свое дело любишь. Свое творение любишь. В Церкви я не творю — и… холоден к ней»<[31]:41. «Великая вещь делание и творчество. Византия вся и целиком жила Церковью, и потому сотворила в Церкви великое: и службы, и законы, и молитвы, и напевы… Русь скопировала Византию, как подражатель гения, не заметив, что главное-то в Византии было творчество, свободное, уличное, громадное, волнующееся, шумное, крикливое… Она только результат сотворения взяла и поклонилась ему, а процесса творчества не взяла и даже не поняла, что это-то творчество и было некогда живым в сердцах Богом. И вышла из наших рук мумия веры, а не живое дитя веры, разумное и растущее»[31]:42.

социальное христианство

Представители социального христианства понимают искупление как творчество общества в целом или отдельной социальной группы (элиты).

О. Валентин Свенцицкий понимает «искупление как творческое усилие всей земли... Если „освобождение“ общее — „искупление“ общее, то и грех и преступление — общее дело»[32]:612.

модернизм

Для о. Павла Флоренского всякое творчество человека и во всех областях человеческой деятельности есть сотворчество Богу: «Человек безусловен в своей деятельности, и это вытекает из идеи воплощения» [33]. В этом смысле мироустрояющая и мироразрушающая деятельность человека является теургией, соединяющей человеческое общество со всем мирозданием.

Свободные должны готовить свое царство, не только „там“, но и „здесь“ и прежде всего готовить себя, себя творить свободными, личностями [5]:50.

Николай Бердяев

У о. Сергия Булгакова встречается как «внезаконное и незакономерное» творчество - так и тавтологическое «самотворчество»:

  • Поскольку в творческом вдохновении мы имеем проявление пророческого духа, то отсутствие правил, но­визна пути вообще соответствует самому духу пророчества, кото­рое устремлено к новому и неизведанному. Не может быть «Добротолюбия» для творчества, ибо оно внезаконно и незакономер­но[34].
  • Человеческий дух, кроме своего самотворчества из собственной софийной глубины, является ареной сложных и борющихся между собой влияний духовного мира, светлого и темного[34].
о. Николай Афанасьев

Свобода есть залог творчества в Церкви, которое никогда не может иссякнуть, пока в ней пребывает Дух Господень. В Церкви не прекращается пророчество — не «новое пророчество» по монтанизму, а дух пророчества, который получила Церковь в день Пятидесятницы. Нарушение свободы богословского исследования было бы выражением недоверия к духу пророчества или сознательное угашение этого духа. Церковь охраняет свободу богословского исследования, т. к. содержанием его должна являться истина. „Если пребудет в вас то, что вы слышали от начала, то и вы пребудете в Сыне и в Отце“ (1 Ин. 2:24). Хранить в Церкви ее изначальное предание означает хранить истину. Задача богословского исследования состоит в открытии и познании изначального предания, которое в Церкви, оставаясь неизменным, закрывается часто временным и преходящим.

Расхождения, которые могут вызывать богословские исследования, есть признак неоскудевающего творческого духа народа Божия, наделенного харизмой свидетельствования. Будучи благодатным деланием, богословское творчество совершается человеком и, как человеческое делание, может быть подвержено ошибкам: истина, которая является целью богословской работы, может быть недостигнута [35].

Церковь в учении о. Александра Шмемана – это не просто коллектив, а именно толпа, масса, ведомая «руководителями человечества»: «Церковь – не теплый и уютный угол, куда мы можем „спастись“, чтобы „отдохнуть“ от бремени жизни, а всегда и во всем призыв к участию в служении Христа» [36]:58. Церковь в данном случае предстает как продолжение коллективного посюстороннего творчества, но ни в коем случае не как раздаятельница духовных даров и не общество спасаемых Христом.

В обновленчестве община была заявлена в качестве самоценной творческой сущности: «Богослужение в христианских общинах должно определяться непосредственным вдохновением и свободным религиозным творчеством. Оно должно приблизиться к жизни так, чтобы жизнь верующих со всеми запросами, со всеми глубочайшими и задушевными стремлениями литургически в нем отражалась, находила бы в нем высшее освящение и оправдание» [37].

В Программе церковных реформ «Живой церкви» было записано требование «свободы пастырского творчества в области богослужения» [38].

Таинства в модернизме – это более не действия Божественной благодати, а проявление Божественной творческой силы в человеке, или, что то же, слияние Божественного творческого действия с человеческой деятельностью.

В модернизме опыт привязывается к творчеству:

Для св. Симеона Нового Богослова, для св. Григория Паламы... авторитет отцов стоял так же высоко, как и для школьных богословов константинопольского патриаршего „дидаскалиона“, но им не приходилось ставить себе вопроса о верности святоотеческому преданию, оно для них не было авторитетом внешним, принудительным, требующим слепого подчинения. Они жили в этом Предании и оно открывалось им изнутри, как единство веры, единство опыта, осознавалось как плод того же Духа, что вдохновлял и Отцов. Для них, как и для прежних Отцов, богословие не было отвлеченным знанием, но „делом жизни и творческим разрешением жизненных задач“. Потому они и были свободны, что в них самих, в их церковном опыте заключен был критерий их единства в вере с отцами и Преданием. Даже если мистический путь есть путь особенный, выделяемый в особую область богословия, то в корне всякое подлинное богословие мистично, ибо есть свидетельство, прежде всего, о религиозном опыте. Поэтому только в подвиге, в творчестве, в усилии раскрывается сила Предания, иначе же оно превращается в „мертвый исторический документ“, связывающий ум отвлеченными и ничего не говорящими формулами [39]:263.

— о. Александр Шмеман

Модернизм усматривает в сочинениях Святых отцов «творчество» [39]:254, «творческое разрешение жизненных задач» [40].

С другой стороны, уже в Византии Православие перестает вдохновлять на «будущее творчество» [39]:253. Православная Церковь XVI века также не смогла раскрыть жизненное и творческое значение Православия [39]:313.

Только модернизм кон. XIX - нач. XX века вносит новое творчество: «Россия в начале нынешнего (XX. – Ред.) столетия – накануне крушения империи – переживала небывалый и многообещающий духовный подъем (в том числе и возрождение богословской мысли). Вопрос об общей ориентации этого процесса вставал неоднократно. А ориентация эта как раз и подразумевала синтез эсхатологии и истории, вторичное включение „мира сего“ – его энергии, творчества и культуры – в перспективу Царства Божия» [41]:65.

О. Александр Шмеман подчеркивает самотворящую суть творчества, как саморазвития человеческого сознания, «постепенную и творческую трансформацию самого человеческого разума, созидание новых фундаментальных форм мышления – и не только для богословия (в узко-специальном значении этого слова), но и для всего интеллектуального поприща человека в целом» [41]: 57.

В системе воззрений о. Шмемана рождение любого человека – это «чудо», потому что мир дается человеку как его «творчество»: «Рожденье в мир, в жизнь нового человеческого существа – это чудо всех чудес, чудо именно разрывающее обыденность, ибо тут начало, у которого уже нет и не будет конца. Начало единственной, неповторимой человеческой жизни, возникновение новой личности, в появлении которой как бы заново творится мир, и вот – дарится, дается этому новому человеку как его жизнь, как его путь, как его творчество» [42]:236.

Творчество служит человеку для самопреображения:

Благодать Фаворского света дана нам для того, чтоб совершать творческий процесс нашего собственного преображения, а через нас — нашей Церкви и всего мира, в котором мы живем [43].

критика мифа

Область веры не допускает «будущего творчества». Тварный человек может только внимать Откровению, но не судить его. Уже Ветхий Завет призывал не прелагать предел вечных, положенных отцами, не исследовать высших себя, учил о том, что «сокрытое принадлежит Господу Богу нашему, а открытое – нам и сынам нашим до века, чтобы мы исполняли все слова закона сего» [44]. Поэтому св. Григорий Нисский категорически утверждает: «Не только суды Божии выше силы покушающихся исследовать их, но и пути ведения доныне остаются непроложенными и непроходимыми» [45]. О каком человеческом «творчестве» может идти речь? Только об идеологическом творчестве, когда в пламени революции рождается новый человек и новый мир.

антиискусство

Романтическое представление о расколотом мире и трагическом одиночестве в нем человека порождает мечты о новом духовно-светском единении, каковое единение достигается в духе свободы и с помощью нового тотального искусства с особо подчеркнутой центральной ролью «человека-творца».

Антиискусство представляет себя в качестве всеобъемлющего и целостного богочеловеческого действия, например, в синтезе всех искусств Рихарда Вагнера.

Готхольд Лессинг учит о творческом духе, что он не признает никаких авторитетов. Эта свобода творца стала одной из основных идеологем романтизма (см. Пушкин. Поэт и толпа). Законом для творца является лишь он сам, и должен жить и творить так, как он считает нужным [46].

Согласно о. Александру Шмеману, обыденная жизнь – это и есть творчество: мир дается «новому человеку как его жизнь, как его путь, как его творчество» [42]: 236. Особенно важно искусство как средоточие этой обыденной жизни: «Солженицын писатель, а это значит – творец миров, создатель некоей духовной реальности, художник, учащий нас смотреть и видеть»[3]:142.

см. также

источники



Сноски


  1.  Виноградов, Виктор. Слово и значение как предмет историко-лексикологического исследования // История слов. — М.: Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН, 1999. — С. 680-682.
  2.  Мережковский, Дмитрий. Толстой и Достоевский // Полное собрание сочинений. — М.: тип. т-ва И.Д. Сытина, 1914. — С. 135.
  3. 3,0 3,1  Шмеман, Александр о. Проповеди и беседы. — М.: Паломникъ, 2003.
  4. Федоров, Владимир о. Некоторые богословские аспекты проблемы ответственности христианина за человека и общество // Журнал Московской Патриархии. - 1981. - № 4. - С. 38.
  5. 5,0 5,1  Бердяев, Николай. О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии // Царство Духа и Царство Кесаря. — М.: Республика, 1995.
  6.  Abrams, M. H. Natural supernaturalism. Tradition and revolution in romantic literature. — New York: W. W. Norton, 1971. — P. 447.
  7.  Hanegraaff, Wouter J. Romanticism and the Esoteric Connection // Gnosis and hermeticism from antiquity to modern times. — Albany: State University of New York Press, 1998. — P. 242.
  8. Бердяев, Николай. Из размышлений о теодицее // Путь. № 7. Апрель 1927. С. 50-51
  9. 9,0 9,1 9,2 Бердяев, Николай. Смысл творчества. Опыт оправдания человека
  10.  Флоренский, Павел о. Столп и утверждение истины // Собрание сочинений. — Paris: YMCA-Press, 1989. — Т. 4. — С. 146.
  11. 11,0 11,1 Предисловие // Ленин Владимир. Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — Т. XII.
  12.  Ленин, Владимир. Доклад о земле 26 октября (8 ноября) // Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — С. 27.
  13. Введенский А. И. О творчестве в Православии. Речь на акте в Московской Богословской академии 6 декабря 1925 г. // Вестник Священного Синода Православной Российской Церкви. - 1926. - № 7. - С. 12-16.
  14.  Бердяев, Николай. Новое средневековье. — М.: Феникс-ХДС-пресс, 1991.
  15. 15,0 15,1  Фицпатрик, Шейла; Людтке, А. Заряжая энергией повседневность. Социальные связи при нацизме и сталинизме // За рамками тоталитаризма. — М.: Российская политическая энциклопедия, 2011.
  16. Предисловие // Ленин Владимир. Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — Т. X.
  17.  Ленин, Владимир. Речь и резолюция по поводу заявления группы народных комиссаров об уходе из Совнаркома // Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — С. 61.
  18.  Ленин, Владимир. Доклад о мире 26 октября (8 ноября) // Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — С. 16.
  19.  Ленин, Владимир. Ответ на запрос левых эсеров на заседании ВЦИК 4 (17) ноября 1917 г. // Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — С. 56-57.
  20.  Ленин, Владимир. Как организовать соревнование? // Полное собрание сочинений. — М.: Издательство политической литературы, 1974. — С. 199.
  21. Тринадцатый съезд РКП(б). — М.: Государственное издательство политической литературы, 1963. — С. 33.
  22.  Гастев А. К. Рельсы // Поэзия рабочего удара / Предисл. С. Кирсанова. Прим. Р. Шацевой. — М.: Художественная литература, 1971. — С. 125. — 304 с. — 20 000 экз.
  23. Например: Агарунов, Дмитрий. Капитализм — это творчество масс // Forbes.24.11.2009
  24. Справочник пропагандиста и агитатора. — М.: Гос. изд-во полит, лит., 1955. С. 20.
  25. Иконникова С.Н., Кобляков В.П. Мораль и культура развитого социалистического общества. — М.: Знание, 1976. С. 25.
  26. из стихотворения Владимира Тана-Богораза «Не скорбным, бессильным, остывшим бойцам» (1899)
  27. Поймандр Гермеса Триждывеличайшего // Гермес Трисмегист и герметическая традиция Востока и Запада. — М.-Киев: Алетейя; Ирис, 1998. — С. 16–17.
  28. Реклама «Творческой мастерской „Живописный Цех“» (СПб., 2017 г.).
  29.  Faivre, Antoine. Access to Western esotericism. — Albany: State Univ. of New York Press, 1994. — P. 12-13.
  30.  Hanegraaff, Wouter J. New Age religion and Western culture. Esotericism in the mirror of secular thought. — Leiden, New York, Köln: E. J. Brill, 1996. — Vol. 331-332.
  31. 31,0 31,1  Розанов В. В. Записка // Записки петербургских Религиозно-философских собраний (1901-1903 гг.) / Общ. ред. С. М. Половинкин. — М.: Республика, 2005. — 543 с. — 1 500 экз. — ISBN 5-250-01867-X.
  32.  Свенцицкий, Валентин о. Поэт голгофского христианства (Николай Клюев) // Собрание сочинений: В 3-х т / сост. С. В. Чертков. — М.: Новоспасский монастырь, 2014. — С. 610–615.
  33.  Флоренский, Павел о. Моленные иконы Преподобного Сергия // Собрание сочинений. — Paris: YMCA-Press, 1985. — Т. 1. — С. 86.
  34. 34,0 34,1  Булгаков, Сергий о. Утешитель. О богочеловечестве. — Paris: YMCA-Press, 1936. — Т. 2.
  35.  Афанасьев, Николай о. Служение мирян в Церкви. — М.: СФИ, 1995.
  36.  Шмеман, Александр о. За жизнь мира = Schmemann, Alexander. For the life of the world. New York: National Student Christian Federation, 1963 / Пер. Ларисы Волохонской. — New York: Religious Books for Russia, 1983.
  37.  Свенцицкий, Валентин о. Христианское братство борьбы и его программа. — М., 1906. цит. по  Кейдан В. И. Взыскующие града. — М.: Языки русской культуры, 1997. — С. 698.
  38. Программа церковных реформ «Живой Церкви» // Живая церковь. 1922. № 10. С. 18
  39. 39,0 39,1 39,2 39,3  Шмеман, Александр о. Исторический путь Православия / Ред. Е. Ю. Дорман. — М.: Паломник, 2003.
  40.  Флоровский, Георгий о. Пути русского богословия. — Вильнюс, 1991.
  41. 41,0 41,1  Шмеман, Александр о. Церковь, мир, миссия: Мысли о Православии на Западе / Пер. Ю. С. Терентьева. — М.: ПСТБИ, 1996.
  42. 42,0 42,1  Шмеман, Александр о. Воскресные беседы. — Paris: YMCA-Press, 1989.
  43. Круглов, Сергий о. Господне и скрытый свет Церкви // Православие и мир. 19.08.2013
  44. Втор. 29:29
  45.  Григорий, Нисский св. Опровержение Евномия // Творения. Ч. 5. — М., 1863. — С. 417.
  46.  Beiser, Frederick C. Enlightenment, revolution, and romanticism. — Cambridge, Mass: Harvard University Press, 1992. — P. 260.